Катрин. Книги 1-12

У меня нет намерения отступать. Слишком поздно. План наш хороший, и я не отступлюсь от него. Вы же свободны в своем дальнейшем выборе.

Лицо фламандца исказилось в страшной гримасе.

— Вы принимаете меня за труса, мадам Катрин? Когда я что-нибудь предпринимаю, я иду до конца, какие ни были бы последствия. Я вовсе не хочу, чтобы по приказу мессира коннетабля меня бросили в тюремную яму. Если вы согласны, сегодня ночью мы отправимся. Я уже запасся пропуском, который нам откроет ворота города. Будет лучше, если никто не будет знать о вашем отъезде, и предпочтительнее сегодня не выходить из комнаты. Отдыхайте, вам это необходимо. Королева сама придет сегодня после полуночи.

— Мы договорились. У меня тоже не было намерений действовать иначе.

— В таком случае могу ли я сказать мессиру де Брезе, что вы нездоровы и никого не принимаете?

Тристан показал большим пальцем на дверь и добавил:

— Он меряет шагами коридор.

— Скажите ему что хотите… ну, например, что я его приму завтра.

Фламандец ответил ей понимающей улыбкой, и напряжение окончательно исчезло. Только Сара осталась серьезной.

— Мы лезем в страшное осиное гнездо, Катрин, — заметила она. — Полагаю, что ты в этом не сомневаешься?

Но молодая женщина нетерпеливо пожала плечами и снова взяла в руки зеркало.

— Ну и что дальше?

Глава третья. ЦЫГАНЕ

—Вот логово, откуда надо выгнать дикого зверя. — сказал Тристан Эрмит, показывая хлыстом в сторону замка на противоположном берегу реки. — Видите, как он хорошо охраняется.

Остановившись на правом берегу Луары около древнего римского моста, трое всадников изучали место их будущих действий. Перетянутая ремнем в своем мальчишеском костюме из коричневого сукна и короткой мантии с капюшоном, который был надвинут на ее смуглое лицо, Катрин изучала скалистый гребень, пролегавший вдоль берега реки, и крепость, венчавшую его: грозные черные стены, десяток массивных башен, прикрывающих огромный донжон, навесные бойницы, которыми обычно пользовались при обороне. Все это контрастировало с благодатью речного пейзажа, земли, покрывшейся молодой весенней зеленью. Только многоцветье флагов с королевской эмблемой, реющих над крепостью, смягчало мрачный вид этих сооружений.

Сара отбросила назад свой монашеский капюшон и с подозрением посмотрела на замок.

— Если нам удастся войти туда, живыми мы не выйдем.

— Мы выбрались из замка пострашнее этого. Вспомни Шантосе и Жиля де Рэ.

— Спасибо, я не забыла: сеньор с синей бородой хотел меня зажарить живьем, — ответила цыганка, вздрогнув. — Все время, пока мы были в Анже, я чувствовала дыхание смерти.