Катрин. Книги 1-12

В огромном зале многоцветные знамена слегка покачивались под каменными сводами, стены были скрыты под роскошными гобеленами голубых и красных тонов с изображениями фантастических сцен из Апокалипсиса Святого Иоанна. Тишина стояла такая, что шуршание ее шелкового платья отдавалось в ушах Катрин, и не успела она пройти и полпути, как раздались быстрые шаги: коннетабль шел ей на встречу.

Подойдя к ней, Артур де Ришмон поклонился и предложил сжатый кулак, чтобы она положила на него руку, потом тихо сказал: «Добро пожаловать к нам, мадам де Монсальви! Более чем кто-либо мы рады видеть вас. Вас, которая так пострадала за наше дело! Ваш муж был совсем молодым, когда сражался на моей стороне в Азенкуре, но его храбрость уже тогда была отмечена. Я его очень любил, и мое сердце разрывается от мысли, что он мертв!»

Свободное от шлема волевое лицо бретонского принца — он должен был занять место отца на герцогском троне, — изборожденное старыми шрамами, но облагороженное прямым взглядом голубых глаз, предстало перед ней. Катрин увидела в его глазах то неизменное доверие, которое он выражал ей во время их первой встречи на его помолвке с сестрой Филиппа Бургундского, бывшей к тому времени вдовой дофина Франции Гиэньского. Этот человек был прочен, как стена, прям, как клинок шпаги, благороден, как

Золото. Борясь со слезами, она улыбнулась ему, сделала реверанс и положила руку на его кулак.

— Монсеньор, ваша встреча взволновала и тронула меня до слез. Прошу вас располагать мною так же, как вы бы располагали услугами моего дорогого мужа, верни мне его Божья милость! У меня есть только одно желание: отомстить и вернуть моему сыну то, что ему принадлежит по праву.

— Все будет так, как вы желаете. Пойдемте! И так рука об руку они приближались к трону, где их ждала Иоланда. Она улыбнулась молодой женщине.

— Поклонитесь епископу нашего города и садитесь с нами, — сказала она, указывая ей на бархатную подушку на ступеньках у трона.

Когда Катрин села, ей представили присутствующих, Здесь были, кроме Пьера де Брезе, не сводившего с нее глаз, сеньор де Шомон, супруг милой Анны, ее брат Жан де Бюэй, губернатор Сабле, Амбруаз де Лоре, Прежан де Коэтиви, близкий друг коннетабля, и, наконец, скромный человек с: грустным лицом, сидевший немного поодаль, оруженосец Ришмона по имени Тристан Эрмит. Все были молоды, самый старший из них — сорокалетний коннетабль. Один за одним они подходили и целовали руку молодой женщины. Правда, Брезе добавил к поцелую вздох и так посмотрел, что Катрин зарделась. Но она быстро отделалась от смущения. Какое ей было дело до этого человека в такой серьезный момент? Речь пойдет об отмщении, а не об ухаживаниях за первой попавшейся дамой! Она строго посмотрела на него и отвернулась.