Катрин. Книги 1-12

— Жак, — причитала она, — неужели я приговорена к вечному бродяжничеству, к бесконечному одиночеству?

Прекрасное лицо Катрин, обращенное к нему, было столь привлекательным, что он не смог отказаться от безрассудной мысли, вдруг промелькнувшей в его голове. Жак не понимал, что молодая женщина испытывала страх, порожденный ночью, холодом, усталостью… В свою очередь, он сжал ее руки и притянул к своей груди.

— Катрин, — воскликнул он, — не будем расставаться! Едемте со мной! Мы отправимся на Восток, в Дамаск. Я сделаю вас королевой, я поднесу к вашим ногам все сокровища Азии. С вами и для вас я сделаю невозможное!

В нем говорила страсть, и горячее дыхание, казалось, обжигало лоб Катрин. А у нее прошла минутная слабость. Она была счастлива встрече с Жаком и грустила, прощаясь с ним, но так ли он ее понял? Потихоньку она высвободила руки и улыбнулась.

— Мы устали и были так взволнованы, что потеряли разум, верно, Жак? Что вы будете делать со мной в ваших Деловых поездках? И что станет с вашим грандиозным планом, который должен принести несметные богатства и процветание Франции?

— Какое это имеет значение! Вы стоите дороже целого королевства! С первой же минуты, когда я вас увидел в свите королевы Марии, я знал, что для вас я могу отказаться от всего, покинуть всех…

— И даже Масе и детей?

Наступила тишина. Катрин услышала, как тяжело он дышит. Наконец голос вернулся к нему, далекий, глухой, но упрямый.

— Даже их… да, Катрин!

Она не дала ему времени продолжить. Опасность была слишком очевидной. Уже давно она догадывалась, что Жак испытывал к ней нежные чувства, но никогда не предполагала столь сильной любви. Это не был человек, с которым можно было заходить так далеко. Нельзя ловить его на слове, чтобы он отказался от всего ради нее — от будущего, семьи, богатства… Она медленно покачала головой.

— Нет, Жак, мы не будем делать такой глупости, чтобы жалеть об этом потом. Я говорила так из-за усталости, возможно, из малодушия, а вы от горячности. И вам и мне есть что делать в этой стране. А потом, вы любите Масе, даже если в какой-то момент вам показалось, что это не так и вы способны причинить ей страдание. Что же касается меня, мое сердце умерло так же, как и мой муж.

— Ну что вы! Вы слишком молоды, слишком красивы, чтобы не сказать большего…

— И все-таки это так, друг мой, — сказала Катрин, выделяя слово «друг». — Я всегда жила, дышала, страдала ради Арно де Монсальви. Жизнь, любовь, смысл существования всегда были связаны с ним. С тех пор как его не стало, я — тело без души, и это, безусловно, хорошо, потому что позволит выполнить то, что я задумала.

— Что именно?

— Не имеет значения! Но это может стоить мне жизни.