Катрин. Книги 1-12

Я никогда не забуду дни, прожитые здесь. Благодаря вам мне удалось пережить тяжелое время. Надеюсь скоро встретить вас у королевы Иоланды.

Она увидела при неровном свете лампы, как засияло широкое улыбающееся лицо шотландца.

— Если это будет зависеть только от меня, мадам Катрин, мы скоро встретимся. Но в наши дни никто не знает, что будет завтра. Поэтому вполне возможно, что я вас больше и не увижу…

Оборвав себя на полуслове, он обнял ее за плечи, прижал к себе и крепко поцеловал, но быстро выпустил из объятий, прежде чем она, задохнувшись от такого поцелуя, не начала сопротивляться, и разразился радостным смехом, что превратило все в хорошую шутку и позволило закончить начатую фразу.

— …но, по крайней мере, умру без сожаления! Простите меня, госпожа Катрин, такое больше не повторится… но мне так хотелось поцеловать вас!

Это было сказано с такой обескураживающей откровенностью, что Катрин смущенно улыбнулась. Она была чувствительна, даже более, чем ей того хотелось бы, к теплу грубой нежности. Увидев это, Готье побледнел. Снова его рука упала ей на плечо.

— Пойдемте, госпожа Катрин, — сказал он строго. Он поднял лампу и начал спускаться по крутой лестнице, Катрин вслед за ним, потом Сара и брат Этьен. Углубляясь в чрево скалы, молодая женщина слышала, как монах попрощался с шотландцем, порекомендовав ему не задерживаться в Оверни, и добавил:

— Война скоро возобновится, и вы будете нужны главнокомандующему."

"— Не беспокойтесь, я не заставлю себя ждать! Потом Катрин уже ничего не слышала. Высокие неровные ступени, сделанные из едва отесанных грубых камней, спускались почти отвесно меж двух стен каменной скалы, и она старалась шагать как можно осторожнее, чтобы не упасть. Спуск был опасен: вода, сочившаяся по ступенькам, замерзла, и было очень скользко. Когда наконец они достигли кустарника, маскировавшего расселину, куда выходила лестница, Катрин облегченно вздохнула. Благодаря Готье, раздвигавшему колючие кусты, ей удалось без труда и потерь пробраться через это несложное препятствие, но затем они выбрались к высокому частоколу из бревен, образовавшему изгородь, прикрывшую подходы к скале.

Катрин на глаз прикинула высоту огромной стены.

— Как мы преодолеем ее? Впору возвращаться назад. Бревна очень высокие и заостренные. Тут веревка не поможет.

— Конечно, — ответил Готье, — для этого они и сделаны.

Идя вдоль забора по кустарнику вправо от того места, где они спустились по лестнице, он принялся отсчитывать бревна и остановился на седьмом. Удивленная Катрин увидела, как он ухватился за огромное бревно, ничем на первый взгляд не отличавшееся от других, и с огромным усилием, от которого вздулись вены на висках, поднял его вверх.