Катрин. Книги 1-12

 — Мы назвали его Мишелем!

Она умоляюще глядела на свекровь своими фиалковыми глазами, с замиранием ожидая ее слов и трепетно надеясь на добрую встречу. Сердце билось в груди тяжелыми толчками, и она с трудом сдерживала неожиданно подступившие слезы. Изабелла де Монсальви недоверчиво оглядывала стоявшую перед ней на коленях молодую женщину, открыла было рот, но ничего не сумела сказать и нагнулась, чтобы получше рассмотреть крошечное личико ребенка.

— Мишель… — запинаясь, промолвила она. — Вы вернули мне Мишеля?

Взяв мальчика из рук Катрин, она понесла его к очагу.

Катрин увидела, как у нее задрожали губы, а из глаз снова потекли слезы. Молодой женщине показалось, что свекровь готова разрыдаться, но та вдруг улыбнулась — так ясно, так молодо, как умел улыбаться один Арно. Осторожно и бережно бабушка провела пальцами по золотистым волосинкам на головке внука.

— Он белокурый! — сказала она с восторгом. — Белокурый, каким был мой бедный мальчик.

Катрин почувствовала, как ее обхватили и подняли руки Арно.

— Мы счастливы, что порадовали вас, матушка. Но разве вы ничего не хотите сказать Катрин? Моей супруге и матери вашего внука?

Госпожа де Монсальви, повернувшись к молодым супругам, окинула их долгим взглядом, затем улыбнулась и протянула Катрин левую руку, правой прижимая к себе Мишеля.

— Простите, дочь моя. После всех несчастий, которые свалились на нас, я потеряла голову от радости. Подойдите, дайте мне рассмотреть вас…

Молодая женщина медленно подошла к очагу, откинув на плечи капюшон плаща. Волосы ее отливали золотом, в глазах отражались блики от огня, полыхавшего в очаге. Гордо подняв свою изящную голову, она ожидала приговора, который свекровь не замедлила вынести.

— Как вы красивы! — со вздохом произнесла Изабелла де Монсальви. — Я бы сказала, даже слишком…

— Красивейшая женщина королевства, — с нежностью подтвердил Арно, — и самая любимая!

Мать улыбнулась горячности, которая прозвучала в словах сына.

— Ты должен был выбрать красивую, — ответила она, — угодить тебе всегда было трудно! Поцелуйте же меня, дитя мое.

Катрин показалось, что у нее гора свалилась с плеч. Немного наклонившись, она подставила лоб для поцелуя, а затем сама прикоснулась губами к щеке свекрови. Мишель зашевелился, и обе женщины одинаковым движением склонились над ним.

— Какой он прелестный, — ликующе проговорила бабушка, — мы будем любить и беречь его! Наше сокровище!

Восклицание, раздавшееся у двери, заставило ее умолкнуть. В горницу, растолкав Сатурнена, Донасьену, Сару, Готье и Фортюна, ворвалась темноволосая девушка. Казалось, никакая сила не могла остановить ее.