Катрин. Книги 1-12

Ты не сумеешь убить безоружного, Монсальви! Я тебя хорошо знаю, и Шапель тоже… У тебя самый гнусный характер во всей французской армии, но ты всегда был воплощением рыцарства.

Насмешливый тон испанца делал весьма сомнительным комплимент, на который, впрочем, Арно не обратил внимания.

— Я мог измениться… тем более что у меня на руках жена и ребенок!

— Нет! Такие люди, как ты, не меняются. Мадам, — обратился Вилла-Андрадо к Катрин, которая встревожено переводила глаза с одного на другого, — скажите же вашему мужу, что он совершает глупость. Я перестал быть вашим врагом, как только увидел вас. Мне тоже ведомы законы рыцарства, и я знаю, как подобает вести себя благородному кастильскому дворянину в присутствии женщины такой знатности… и такой красоты!

— Мессир, — произнесла Катрин дрожащим голосом, — я с радостью подчинюсь во всем воле моего супруга. Ему принадлежит право решать, и если он изберет смерть, я без сожалений последую за ним."

"— Неужели вы родили сына для того, чтобы он так рано покинул наш мир?

Молодая женщина не успела ответить, потому что в этот момент Сара вскочила с ужасным криком, а у входа страшно захрипел один из гасконцев. На пещеру обрушился град стрел. Одна из них вонзилась в грудь солдата. Впрочем, назначение их было в другом: каждая стрела была обмотана горящей паклей, и, хотя Готье с Эскорнебефом бросились затаптывать огонь, сучья, лежавшие у входа, воспламенились. В одно мгновение пещера осветилась, и в нее пополз густой дым. Катрин судорожно прижала к груди ребенка.

— Они хотят выкурить нас или сжечь живьем! — проворчал Готье.

Арно ринулся на испанца с такой быстротой, что тот не успел увернуться. Руки его были зажаты стальной хваткой, а на своем горле он почувствовал неприятное прикосновение обнаженного клинка. . — Крикни им, чтобы прекратили! — прошипел Монсальви. — Иначе, клянусь честью овернца, я проткну тебя, как цыпленка, и плевать мне на законы рыцарства! С дикими зверьми церемониться нечего.

Несмотря на смертельную опасность, Вилла-Андрадо улыбнулся.

— Допустим… только это тебе ничем не поможет. Шапель не остановит своих людей, пока я сам не выйду к ним. В конце концов… ему уже давно кажется, что он мог бы командовать отрядом не хуже, чем я. Моя смерть его вполне устроит.

Арно слегка нажал на рукоять кинжала, из-под которого тонкой струйкой побежала кровь. Катрин, вытирая слезящиеся глаза, раскашлялась, отчего Арно пришел в еще большую ярость.

— Сделай что-нибудь или умрешь!

— Я не боюсь смерти, если от нее есть хоть какая-то польза, но бесполезные жертвы мне претят! Выйдем из пещеры вдвоем. Увидев меня, Шапель отдаст приказ прекратить стрельбу. Он, конечно, будет рад, если ты прикончишь меня, но сам это сделать не рискнет.