Катрин. Книги 1-12

— Так вот какова твоя любовь? Едва нас соединил Господь, как ты уже заговорил о расставании и об отъезде… Разве не ты произнес перед алтарем: «Пока не разлучит нас смерть…»?

— А ребенок?

— Ребенок? Это твой сын! Он будет настоящим Монсальви, истинным мужчиной! А я, его мать, хочу быть достойной вас обоих. Не Ксантрай прав, а ты: лучше нашему мальчику родиться на соломе, но на земле своих предков, чем в мягкой постели в чужом доме, вдали от тебя. Уезжай, если хочешь, только знай, что я все равно последую за тобой, даже если ты мне запретишь, как последовала за тобой в Руан и в Сену… как последую за тобой в могилу, если это понадобится.

Задыхаясь, она умолкла. Лицо ее разрумянилось от волнения, грудь вздымалась под зеленым сукном платья, а глаза горели негодующим огнем. Внезапно Арно расхохотался. Встав на одно колено, он за плечи притянул в себе Катрин и крепко сжал в объятиях.

— Черт возьми! Мадам де Монсальви, вы говорите так, как сказала бы моя мать!

А затем добавил с нежностью:

— Ты победила, любовь моя! Мы вместе встретим опасность, холод, темень, войну. Да простит мне Господь, если я поступаю неразумно.

Ксантрай переводил взгляд с одного на другого.

— Значит, ты принял решение? Арно гордо выпрямился.

— Да, принял. Мы поедем вместе.

— Очень хорошо. В таком случае тебе следует знать все. Впрочем, у дурных вестей длинные ноги. Странные вещи происходят в Оверни. Ла Тремуйль объявил графство своим владением…

Арно вздрогнул. Лицо его медленно залилось краской, а черные глаза загорелись.

— Овернь? Но по какому праву?

— По праву сильного. Ты помнишь, что первым браком он был женат на вдове герцога Беррийского, Жанне Булонской, наследственной владелице Оверни. Умирая, она завещала графство племяннику, Бертрану де Латуру.

— Ты мне будешь рассказывать! — проворчал Монсальви, пожимая плечами. — Латур из нашей семьи. Его жена, Анна де Вентадур, племянница моей матери. Нас связывает не только своячество, мы близкие родственники.

— Именно так! Однако это не мешает Ла Тремуйлю объявить графство своим как наследство от первой жены. Разумеется, это противоречит вассальному праву, но разве он когда-нибудь считался с этим? Ему плевать на законные права овернцев.

— Объявить графство своим и завладеть им на самом деле, это разные вещи, — возразил Монсальви. — Что, собственно, может сделать Ла Тремуйль? Для завоевания Оверни нужны конница, пехотинцы, артиллерия. Войска не станут исполнять распоряжения главного камергера.

Ксантрай, который нервно расхаживал между окном и большим глобусом, остановился возле шара на подставке и запустил его легким движением руки.

— Ты знаком с Родриго де Вилла-Андрадо? — с притворной кротостью спросил он.

— С этим испанским наемником? Конечно.