Каторгин Кут

А когда брался за небольшую досточку, да пытался повторить те узоры, что были вырезаны когда-то хозяином этого дома. И с каждым разом всё больше разумел – как держать инструмент, как вывести узор."

"– У нас дюже ива хороша на корзины-то, как раз у болот растёт, – говорила Марья, свивая ивовый прут и чуть покашливая, – Я тебе опосля покажу где, как поедем в Липовку, там у меня тоже сродники, Агафья с мужем да ребятами, сестра моя родная. А на Липовке-то все мочало дерут, спасу нету, всё говорят, что там оно какое-то шибко хорошее. А по мне – мочало как мочало, чего ему…

Так и жили, иногда Степан подряжался куда-то в работу, понимая, что это с лёгкой руки Марьи Тимофеевны его то и дело зовут плотничать. Тогда он уж во всю старался, стал брать с собой инструмент Ивана Михеевича и примеривать его к своей работе. То притолоку чуть украсит, то ещё что. Хозяева дивились, но ничего, довольны были. А уж ребятишки, которые всё вертелись возле пришлого плотника и получали от него то коника, то ещё какую зверушку, вырезанную из попавшегося под руку сучка, и подавно!

Когда ударил первый лёгкий морозец, приехал побывать дед Архип, да не один, а со старшим сыном Макаром, бородатым крепким мужиком с черными волосами. Наверно, такие раньше и у самого деда Архипа были, пока их серебром не покрыло, думал Степан.

– Мы за тобой, Степан Фёдорыч, – сказал дед Архип, – Коли сам желаешь. В Елашиху завтре до свету поедем, там надо подсобить, тебе по плотницкой части есть работа. Бывший барин хорошо платит, не омманывает! Так что скажешь? Согласен?

Степан глянул на Марью Тимофеевну, которая согласно кивнула, и с благодарностью приглашение такое принял. Глядишь, и соберёт он до весны какие-никакие деньжата, чтобы путь свой продолжить!

– Ну, вот и ладно! По пути в Ярмилино Ефима прихватим, сына моего, тоже с нами поедет, – гудел дед Архип, – Вот и соберёмся, считай – артеля! Что, Марьюшка, управисся пока одна-то?

– А что, управлюсь, – улыбнулась та в ответ, – Поезжайте с Богом.

Собрался Степан в путь, на другой день и поехали. Макар оказался весёлым балагуром, Степану он понравился, они сидели в санях позади деда Архипа и разговаривали, как давние знакомцы.

– А ты, Степан, расскажи, как ты Микиту-Кутерьму встретил, а? Дюже интересно! Страшно поди было?

Степан, который уже не так страшился вспоминать былое, рассказал, что когда он впервые разбойника увидал, то знать ничего не знал – кто такой есть этот Микита, чем промышляет, хоть, конечно и догадался.