Катя

Мне дочь никогда не говорила об этом.

— Просто ей нужно было женское внимание.

Он рассмеялся и обнял меня. Я растаяла. Вот так всегда: одно его теплое слово, один жест и я на седьмом небе от счастья.

Мы с Любой убрали со стола. Я вымыла посуду. И мы с моим профессором удалились в его спальню.

Это была необыкновенная ночь. Я чувствовала себя женой, подругой, а не просто любовницей. Теперь мы семья, одна семья и у меня есть восьмилетняя дочь. Причем, очень необычная дочь.

На работе я не могла не думать о вчерашнем вечере. Я постепенно становлюсь женой. Пусть отношения не оформлены юридически, но фактически я почти жена. Готова ли я к этому ответственному шагу. Я не знаю. Надо написать с одной стороны листа все «За», а с другой все «против» и сравнить, а потом подумать. Хорошо подумать и конкретно. Я взяла лист бумаги.

Вот мои «за»: 1. Я его люблю 2. Я его люблю 3. Я его люблю больше жизни.

Вот мои «против»: 1.Ему 61 год. 2. У него восьмилетняя дочь. 3.Меня пугает его прошлое.

Написала. И что? Да ничего, я никогда не смогу отказаться от возможности быть с ним. Вот и вся истина. А вот смогу ли я быть матерью Любе? Не знаю. Она достойна любви. У меня же нет никакого опыта. Я могу встречаться с ней, могу с ней дружить. Но воспитывать ее — нет, я не могу. Да и Александр Валерьевич не захочет чьего-либо вмешательства в ее жизнь. Была бы она маленькой девочкой — другое дело, а она взрослая, нет, не годами — сознанием. Все, я определилась. Его я люблю и буду с ним до конца. С ней я подружусь, но буду держаться на расстоянии. А там как Бог даст.

Я обещала пойти с Любой по магазинам и переделать ее комнату. Может, опрометчиво. Мой мужчина был не очень доволен. Ночью я спросила его, почему он держит ее в такой строгости, почему подавляет в ней женское начало. Он ответил, что боится. Он считал, что из нее выйдет гениальный ученый, и сожалел, что она родилась девочкой. Постепенно мы перешли к разговору о детях вообще. Он говорил о них скорее как о пациентах, чем как о пупсиках, с которыми хочется играть и которых приятно тискать. И тут я поняла, что безумно хочу от него ребенка. Да, я люблю его настолько, что отцом моего ребенка вижу только его. Кстати, он никогда не спрашивал меня, как я предохраняюсь. Может, это говорит о том, что он не против нашего продолжения в виде сына или дочки? Либо он считает меня здравомыслящим гинекологом, который сам в состоянии позаботиться о своей контрацепции. Как все сложно. И не спросишь ведь лишний раз, а то подумает чего… и бросит. Нет, я так не хочу. Он мой, и я сделаю все, чтобы так и оставалось. Мы год вместе. Его секретарша говорит, что так долго отношения он поддерживал только с женой. Ладно, подумаю об этом всем после. Не хочется его обманывать, не хочется его терять, и быть откровенной страшно.