Катастрофа в подарок

Что делать? И как быть?

Что делать в ресторане в порванном платье? И как быть Нине, которую она намеревалась вызвать на помощь, если её не впустит швейцар?

После десятиминутного обдумывания и пятиминутного подёргивания ручки двери жаждущей добраться до унитаза посетительницы, Наташа приняла единственное разумное решение: обратиться за помощью к тому, кто втянул её во всё происходящее. К тому же они с Ивановым вроде бы нашли общий язык, их взгляды во многом совпадали. Он даже ни разу не напомнил о нелепом подарке."

"Учительница с тоской смотрела в потолок, мысленно спрашивая Бога: «За что?» — и подозревая, что до Всевышнего, возможно, дошли жалобы Нади на грубое отношение к Пусику. Нельзя обижать братьев меньших…

Она уже не благодарила шутницу-судьбу за встречу с самым обалденным на свете рыжиком, понимая, что за всё в жизни нужно платить, но недоумевая: кому на небесах понадобилось её платье?

Сидорова рявкнула на неугомонную дёргальщицу, что эта кабинка не единственная в туалете, и сидеть на первом унитазе — не означает быть во всём лидером. Затем отыскала в сумочке, набитой разными «нужными» предметами, смартфон, надавила на последний вызов и прочистила горло, прежде чем ответить разом на вопросы Льва: куда пропала и что случилось.

— Что бы ты сделал, если бы у девушки, которую пригласил на свидание, лопнуло платье?

Директор мгновенно ответил:

— Я бы долго смеялся!

Увы, но в этом вопросе их взгляды оказались диаметрально противоположными. Наташа вздохнула, прежде чем обречённо промямлить:

— Можешь начинать!

В этот раз голос Иванова выдавал искреннее недоумение:

— Что начинать?

Наталья снова вздохнула и пропищала чуть слышно:

— Смеяться…

Глава 4

Наталья начинала замерзать. То ли крышка унитаза была чрезмерно холодной, то ли вода в бачок элитного ресторана поступала непосредственно из горного ключа и была омерзительно мёрзлой, то ли…

Учительница остановила перечисления. Что бы ни являлось причиной внезапного обледенения, с этим природным явлением нужно было бороться. Костёр развести она не могла: нет зажигалки и из топлива только содержимое сумки, рваное платье и стринги. Этого хватило бы ровно на десять минут — и согреться не успеть, и пожарная сигнализация врубится. А вот тогда она станет не только закоченевшей, оборванной жертвой дрянной ткани, но и мокрой.

«Русалка с голой попой… — Сидорова покачала головой. — Нет, скорее утопленница».

Она начала вспоминать, написанное по поводу термического обморожения в книге по выживанию. На ум почему-то шли советы по борьбе с последствиями, но никак не по предотвращению данного происшествия.