Катастрофа в подарок

Объяснять какого цвета были глаза, с накрашенными ресницами и стрелками подводки, получающей удовольствие бесстыдницы, не имело надобности. К жару желания моментально добавилась влажность. Ещё немного и она сама покорно развалится на серого цвета ламинате призывно выгибая спину и оттопырив попу.

— Я вспомнила, мне срочно надо кое-что сказать Илоне. — Пробормотала Наталья решив, во спасение остатков чести, немедленно удрать и безрезультатно дергая круглую ручку.

— Сначала ты расскажешь всё мне! — грозный рык отметал любое противостояние.

Лев развернул попавшую в ловушку училку и с ходу впился поцелуем в податливые губы.

Она сжала зубы, но сил обороняться хватило на пару секунд. Рыжий искуситель требовательно раздвинул их языком и ворвался в рот, ласково поглаживая давно помеченную территорию. Голова биологички кружилась, ноги предательски подкашивались.

Бабочки в животе радостно отплясывали, требуя присесть на цветочек, ствол которого настойчиво давил на живот. И лишь одна мысль помогла ей вернуться в действительность, дабы сопротивляться. Наташа резко сунула руки под грудь не ожидавшего нападения. Иванова и со всех силы их выпрямила. Директор пошатнулся и сделал шаг назад, отпуская в очередной раз на волю предмет настойчивого соблазнения.

Рвавшийся в бой «повелитель бабочек» вздрогнул, послав болезненный спазм в почти отключенный мозг искусителя.

— Да чтоб тебя! — неизвестно кому пожелал он и уже зло поинтересовался у Сидоровой. — Чего припёрлась тогда?

— Узнать о твоём здоровье.

— Узнала? — Тёмные брови взметнулись вверх.

— Вполне. — Бормотала волонтёр от медицины. — Вижу, что кроме искусственного дыхания рот в рот тебе требуется отсос. — Она покраснела до корней волос, сообразив как это слышалось Льву.

— Согласен! — Ухмыльнулся тот плотоядно, делая шаг вперёд.

— Вакуумный, я имела в виду. — На этот же шаг отступила Наташа.

— Да я от любого не откажусь, — гипнотизировал он пухлые губы, — только не до крови.

— Пошляк, я про искусственным образом.

— Это как? — продолжал Иванов наступать. — Резиновой Наташи у меня нет.

— Надо срочно купить. — Исправляла она словесную оплошность. — Подарю на ближайший праздник.

— Зачем? Если есть ты!

Он с усмешкой надвигался на отступавшую в угол училку. Она выставила руки перед собой, с отчаянием в глазах проговорив дрожащим голосом:

— Ты же не собираешься?

— Собираюсь! — оскалился он, продолжая делать небольшие шаги.

— Но не здесь же? — огляделась она по сторонам в поисках тяжелого предмета.

— Здесь и прямо сейчас! — Он кивнул на призывно распахнутую постель. — На то она и спальня.