Катастрофа

Информацию закрыли решением Совета ещё в первом веке после Великой Катастрофы на пятьсот лет. Установленный срок давности давно истёк, но к файлам с тех пор никто так и не обращался. Видимо, у членов Советов прошедших времён хватало занятий гораздо более важных, чем рытьё в бюрократических архивах Древних. С этой мыслью чиновник открыл базу данных о Внешней группе."

"Последующие три часа Арториус провёл, не отрывая взгляда от дисплея. Звук таймера, сообщавшего о начале последних тридцати минут, безжалостно оторвал чиновника от путешествия по тайнам древности. Третий помощник энергично принялся закрывать документы. Он всегда устанавливал сигнал на это время, чтобы не пропустить момент появления на рабочем месте управляющего директора, который с математической точностью активировал свои системы ровно за пятнадцать минут до начала первой смены и изучал новости. Арториус убедился, что никаких следов его проникновения в тайны Совета не осталось, и принялся готовиться к сдаче.

Никогда раньше Арториус не ждал своей рабочей смены с таким нетерпением. Казалось, что время издевается над ним, специально замедляя свой ход. Чиновник не находил себе места, в голове непрерывно роились строки из древних файлов, они занимали всё его внимание, словно навязчивая идея, начисто лишив третьего помощника других интересов. Тридцать шесть часов ползли подобно тридцати шести неделям, временами ему казалось, что ожидание вообще никогда не закончится. Чтобы не заработать нервное переутомление, Арториус заставил себя выспаться. Но и во сне образы, сошедшие со строк докладов древних воинов, не оставляли его. Он то крался в кромешной тьме и нечеловеческом холоде ядерной зимы к лагерю безжалостных врагов, то управлял смертоносной военной машиной, играя в прятки со смертью, то бежал сквозь кишащую злобными мутировавшими тварями радиоактивную ночь, а за ним по пятам гнались члены Совета директоров, размахивавшие заскорузлыми когтистыми лапами, и зелёная слюна, шипя и дымясь, стекала меж их огромных жёлтых клыков, криво торчащих из уродливо вывернутых наизнанку челюстей. Проснувшись в липком поту, чиновник не сразу понял, где находится.

Возня с подбором паролей к секретной части «Пирогова» давалась ему в этот раз особенно тяжело. Всё его существо было настолько возмущено этой нелепой тратой драгоценного времени, что Арториус несколько раз с трудом подавил в себе желание уйти. Дважды в лабораторию заходила Лемешева, но и это не облегчило ожидания. Мысли третьего помощника упрямо возвращались к мятежному генералу Древности и операциям Внешней группы. Цифры, сообщавшие о человеческих потерях, не выходили из его головы.