Катастрофа в академии магии (СИ)

Теперь его черные волосы были коротко подстрижены, подбородок обрел твердость и тень от щетины, но вот взгляд зеленых глаз был таким же, как раньше: взглядом исключительной ершистой занозы в заднице.

— Ну, Бэкон? — поторопил я, краем глаза заметив, что катастрофа тоже направляется к выходу из столовой. — Туда или сюда, мне надо идти.

Бэкон проследил за моим взглядом и сморщился.

— Зачем ты возишься с этой замарашкой?

Я сжал зубы.

— Не зли меня. Хвост оторву и вставлю… сам знаешь, куда вставлю.

Бэкон дернулся, вжал голову в плечи, а потом возмущенно уставился на меня.

Я хмыкнул.

Этот внебрачный сын гриффона и боггарта несколько месяцев служил под моим командованием. Когда сумрачные твари только-только объявились, всех драконов Алан, естественно, мобилизовал на защиту королевства. Всех, кто был достаточно взрослым и сильным, конечно. Детей, как и обычных людей, спрятали подальше, чтобы защитить.

Всех, кроме Бэкона, которому на тот момент только-только стукнуло пятнадцать и который никак не желал отправляться в укрытие.

Потому я узнал, что отец Бэкона, престарелый маразматик с замашками садиста, помешанный на превосходстве крови драконов и на чести рода, отправил единственного сына на передовую.

По закону, никто не мог запретить дракону, даже несовершеннолетнему, защищать королевство, так что Алану пришлось согласиться с таким раскладом. Максимум, что он мог сделать — держать это недоразумение под присмотром, то есть — в нашем отряде.

Под моим непосредственным командованием и под моей ответственностью.

И Бэкон был форменной. Занозой. В моей. Заднице. Хуже, чем сумрачные твари.

Например, один раз он чуть не убился, когда бросился между мной и голодной тварью, которая едва не оторвала мне крыло нитями-щупальцами.

Так что крыло почти оторвали Бэкону-идиоту.

“Твое место, — орал я на него после этого, — сидеть в засаде! И не высовываться! Не. Лезть. Никуда!”

“Они бы тебя убили!”

Вот идиот. А если бы его, такого мелкого, убили — я бы как потом жил?

Я был старше совсем не намного, но — намного сильнее, особенно когда стал совершеннолетним и смог впитать силу рода целиком. Так что за Бэкона чувствовал ответственность. А он всячески испытывал мое терпение.

Сейчас, видимо, решил заняться тем же.

— Она сумасшедшая, — поморщился Бэкон. — Вообще не понимаю, почему ее здесь держат. Ей место в психушке. Она опасна!

Перед глазами у меня потемнело.

Бэкон был одним из первых, кто примчался ко мне, когда я вышел из стазиса, — я был рад его видеть. И до этого момента я думал, что он не сможет меня разозлить.

Но он смог.

— Соображай. Что. Несешь, — рявкнул я.

В этот момент мимо прошла катастрофа с Селией, обе посмотрели на Бэкона так, как будто хотели убить.