Катарсис. Том 1

Гланц привстал, сделал гримасу, означающую улыбку, посмотрел на Крутова иронически-участливо (этот его физический взгляд сопровождался другим взглядом — в пси-диапазоне) и снова уткнулся в бокал с соком, потеряв, казалось, интерес ко всему происходящему в зале.

Только Сергий с дедом Спиридоном, сидящие в соседнем зале, знали, что Драко сейчас сосредоточил свое внимание на Елизавете. Но за нее они не переживали: Лиза была видна почти вся — как женщина и как неопытная, еще очень слабая берегиня. О том, что ее связывает с бабой Евдокией особый энергоинформационный канал, Драко догадаться не мог, даже если чувствовал «дробление» ее ауры.

— Вы успели за короткое время порядком разозлить моих парней, — сказал Быченко, картинно откидывая назад длинные волосы. — Неужели и в самом деле считаете себя суперменом?

— Не считаю, но и в обиду себя не дам, — небрежно проговорил Крутов. — К тому же за моими плечами школа, которая и не снилась вашим мальчикам.

— Речь идет не о спецподготовке. Говорят, вы владеете каким-то видом восточных единоборств. Не хотите побороться с кем-нибудь из моих парней?

— В любой момент, — все с тем же пренебрежением ответил Крутов, продолжая играть роль недалекого человека с погонами.

— А со мной?

Егор оглядел широкие плечи Быченко, покачал головой.

— Я тоже слышал, что вы боксер, мастер спорта, но боюсь, что вы все же переоцениваете свои силы.

Быченко засмеялся, посмотрел на Лизу, держащую в пальчиках бокал с шампанским.

— Он у вас всегда такой, Елизавета Романовна?

— Какой? — простодушно спросила она.

— Крутой, — снова засмеялся Леонид Николаевич. — Никого не боится?

— Хороша бы я была, выбирая труса, — сделала гримаску Елизавета. — Но могу вам честно сказать, что человека, равного ему в драке, я еще не встречала.

— Вот даже как? Вы что же, видели, как дерется ваш муж?

— Он меня защищал.

— Очень интересно! А если все-таки найдется человек, способный его побить?

Елизавета дернула плечиком.

— Тогда я разочаруюсь в себе.

— Браво!

Гости Быченко, негромко переговаривающиеся между собой и одновременно прислушивающиеся к беседе босса, оживились.

— А давайте проверим, — предложил Григорьев, разгоряченный двумя стаканчиками «Демидовской». — Здесь есть небольшой спортзальчик, я позову Кистеня… то есть Костю Кислярского, пусть померятся силами. А, Леонид Николаевич? Пусть покажут, на что способны. А то мы пристаем к человеку с предложениями и не знаем, что покупаем.

— Это меня вы, что ли, покупаете?! — сдвинул брови Крутов.

— Успокойтесь, Егор Лукич, — повел рукой Быченко, взглядом осаживая Григорьева. — Вениамин Витальевич оговорился.