Катарсис. Том 1

— Почему ты думаешь, что они узнают?

— Уверен, что ты не единственный их агент в конторе. На твоем месте я бы каким-нибудь образом подстраховался.

— Каким? — В голосе Саши прорезалась горькая нотка. — От легионеров ЛООС не спрячешься, к тому же они вооружены «глушаками». Но я что-нибудь постараюсь придумать.

— Уж придумай.

— Ты сам теперь берегись. Не дай бог, они пошлют к тебе другую команду. Кстати, не знаешь, где сейчас обитает наш коллега из контрразведки, что помог нам в Жуковских лесах?

— Федотов? Где-то на Алтае, родственники у него там, а что?

— Краем уха я слышал, что туда направляется отделение ЛООС. Федотов тоже попал в списки особо опасных свидетелей. Предупредить бы, хороший мужик.

— Если отделение уже послано, предупреждать поздно. Однако серьезно за нас взялся Легион. Буквально заставляет принять контрмеры. Что-нибудь новенькое о деятельности Легиона выяснил?

— Кое-что. Легион теперь — секретная сила президента, призванная отстаивать интересы России в любой точке земного шара. Так это звучит официально. А руководит им некто Монгол.

— Настоящую фамилию не узнал? Может быть, это мой бывший учитель, Джехангир?

— Ты же его забодал.

— А вдруг он выжил?

— Какое это имеет значение? Кто бы ни руководил Легионом, надо выходить на его атамана, а потом еще выше — на головку РВС. В общем, спасибо за предупреждение, командир. Я поберегусь. Но и ты прими меры предосторожности. Не нравится мне, что в последнее время со мной перестали контактировать курьеры Легиона.

— Что? — воскликнул Егор, но Саша уже положил трубку."

"Сердце Крутова сжалось в дурном предчувствии. Зубко находился слишком далеко, чтобы он мог ему помочь. Единственный же способ уцелеть, хотя бы на ближайшее время, у Александра был теперь — бегство. Его могли вычислить в любую минуту и уничтожить. А еще хуже — снова запрограммировать, и тогда для самого Крутова опасность увеличивалась стократно, потому что друзей у него в этом случае не оставалось совсем. Каждый из них мог быть агентом ЛООС.

Поразмышляв над этой проблемой еще немного и не найдя альтернатив, Егор снова позвонил в Москву, но подруга Саши сказала, что он уже ушел. Повесил трубку Егор с тяжелым сердцем. Надежды его на счастливую мирную жизнь с любимой женщиной таяли на глазах, как дым. Откуда-то подул холодный злой ветер опасности и затянул горизонт бытия черной тучей угрозы. Сомнений больше не оставалось: легионеры ЛООС в покое их не оставят, пока не добьются своего. Живые свидетели разработок психотронного оружия были им ни к чему. Надо было что-то предпринимать, пока еще оставалось время, однако Егор не знал — что именно. Вечно же бегать от преследователей в надежде сохранить жизнь было не в его характере.