Катарсис. Том 1

— Саша такая красавица, а вышла за…

— А если это любовь, Крутов?

Егор посмотрел на Елизавету дурным глазом, хотел было подхватить на руки и утащить в дом, но «зараза» (по меткому выражению дядьки Ивана) уперлась ему в грудь кулачками и сердито сверкнула глазами.

— Полковник! Не веди себя, как старшина! Лучше подумай, как помочь хорошим людям.

— Что, сильно помяли машину-то?

— Полкорпуса со стеклами менять придется.

Крутов присвистнул.

— Здорово звезданули! Хорошо хоть Шурик живой остался. Какой марки у него машина?

— Какая-то новая жигулевская «десятка». Саша ее «акулой» называет.

— Серьезная машина. Видать, неплохо компьютерщики зарабатывают, раз на таких тачках раскатывают. Что ж твои родственнички из милиции ему не помогут? Дядька Петр там ведь работает?

— Дядька ему и отсоветовал искать справедливость. Владельцем джипа оказался какой-то местный авторитет. Так что лучше не связываться.

— А мне предлагаешь связаться?

— Я предлагаю подумать, — отмахнулась Лиза, снимая кофточку и подставляя солнцу грудь; лифчики она по-прежнему не носила. — Ты у нас умный и сильный и всегда находишь выход из положения.

Слегка остуженный тоном подруги, Крутов поплелся за ней в дом, тоже снимая футболку; начало сентября в этом году в средней полосе России ознаменовано было небывалой для этих мест жарой — за тридцать пять градусов, и до глубокой ночи ходить лучше всего было без одежды.

— Значит, хозяин джипа дал телефон, а сам на встречу с пострадавшим не явился?

— Если хочешь узнать подробности, поговори с Шуриком. Чай пить будем?"

"Крутов зашел на кухню, оборудованную благодаря его стараниям вполне по-современному, следом за Елизаветой, посмотрел, как она возится с плитой, и не удержался — обнял сзади, ощущая под ладонями напрягшуюся тугую грудь. Последствия этого шага были энергетически разоримыми для обоих. Пить чай они начали лишь спустя час. А как только закончили — к чете Крутовых заявились визитеры.

* * *Их было трое: двое крутоплечих парней в майках и одетый в дорогой летний костюм — весь белый вплоть до туфель и шляпы — джентльмен средних лет с одутловатым или скорее отечным лицом. Такие лица Крутов видел у людей с больной печенью. Джентльмен вел себя по-хозяйски уверенно и независимо. Представившись заместителем главного архитектора города Павлом Эмильевичем Семашко, он оглядел двор дома, захламленный по причине ремонта, небрежно отказался от прохладительных напитков и сказал, рассматривая покрасневшую под его взглядом Елизавету; Крутова он как бы вовсе не замечал, только поздоровался кивком, и все время обращался к Лизе:

— Гражданка Качалина, я слышал, что вы собираетесь оформить данное строение как объект наследства…

— Уже оформила, — ответила Лиза.

— Да? Как вы оперативны.