Каталонская компания

Сто двадцать человек я погрузил на бригантину, а остальным приказал идти своим ходом до Коринфа, где их уже ждут венецианские военные галеры. В конце девятнадцатого века через перешеек, соединяющий Пелопоннес с остальной Грецией, пророют судоходный канал, который назовут Коринфским. Длиной он будет чуть более шести километров. Благодаря нему, попадаешь из Саронического залива Эгейского моря в Коринфский залив Ионического, не надо огибать Пелопоннес. Пропускают по нему суда до пяти тысяч тонн. В свое время, работая на маленьком греческом контейнеровозе, я частенько пользовался Коринфским каналом. На руле обязательно стоял служащий канала. Так греки борются с безработицей. Это довольно грандиозное и мрачноватое ущелье, порубленное в скалах. В отличие от Беломоро-Балтийского канала, местами тоже прорубленного в скалах, у Коринфского стены были сравнительно гладкими, а не торчали острыми клыками. Но ведь и строили его, наверное, не зеки с помощью динамита и какой-то матери.

У острова Кефалиния мы встали на якорь, поджидая галеры с каталонцами. Мне понравилось, как было организовано снабжение войска едой. Едва мы пришли на рейд, как сразу к нам подошли две большие лодки с живыми баранами и курами и свежими овощами и фруктами. Мне передали просьбу подесты острова, чтобы каталонцы не сходили на берег. У него и так неприятностей хватает. Поскольку наемникам уже шла зарплата, к запрещению сходить на берег они отнеслись с пониманием.

К Заре мы подошли под вечер. Там на рейде уже стояли четыре двухмачтовых нефа. От них к берегу плыли лодки с воинами. Примерно в километре от города в берег уткнулись носом десяток боевых галер, с которых по сходням выгружался десант. Это были те самые две с половиной тысячами наемников, в основном албанцы, гасмулы и всякая шваль из разных уголков Европы. Они разбиты на отряды — кондоты — по две-три сотни в каждом под командованием капитана. Поскольку венецианцы жутко боялись того, что случилось во многих других итальянских городах — захвата власти кондотьерами, отряды делали небольшими, часто перебрасывали с места на место и старательно раздували между ними соперничество и даже враждебность. С таким отребьем мне пришлось бы осаждать Зару, если бы не настоял на наеме каталонцев.

Я поставил бригантину на якорь примерно в полумиле от берега. День был ветреный, промозглый. С северо-запада шла вроде бы невысокая волна, но время от времени била в носовую часть судна с такой силой, что брызги фонтаном подлетали выше полубака, а потом, превратившись в морось, летели на палубу. Каталонцы зябко кутались в шерстяные плащи, ожидая посадку в шлюпку. Это был шестнадцативесельный ял, который брал всего десятка два пассажиров.