Каталонская компания

Я повел бригантину на замыкающую галеру, сорокавосьмивесельную и нагруженную так, что сидела в воде по самое не балуй. Удивляюсь, как с таким перегрузом рискнули выйти в открытое море. Хотя Эгейское море язык не поворачивается назвать открытым. Сразу пять галер вышли из общего строя и рванули нам наперерез. Видимо, генуэзцы не хуже венецианцев наработали методы защиты каравана. Я не рискнул нападать, приказал изменить курс вправо. Мол, ребята, мы плывем по своим делам, до вас нам дела нет. Пять галер погнались было за нами, но быстро поняли, что не им с нами тягаться, и вернулись к каравану.

Мы прошли еще немного на юго-восток, а потом повернули на север. Я решил крейсировать вдоль западного побережья Малой Азии, от островов Южные Спорады до острова Лесбос. Надеялся поймать турецкого или ромейского купца, которые не ходили большими караванами и не рвались защищать своих попутчиков.

Удача улыбнулась нам в середине третьей недели. Это было судно длиной метров сорок пять, шириной около пятнадцати и надводным бортом метра два с половиной. Надстройка на баке двухтвиндечкая, на корме — трехтвиндечная. На первой находятся два станковых арбалета, на второй — четыре. Три мачты: на фоке прямой парус, а на гроте и бизани латинские. В будущем судно с прямыми парусами на передней мачте и косыми на двух задних будут называть баркетиной. Сейчас итальянцы называют их просто — корабль. Двигался корабль, в сравнении с нами, очень медленно, хотя шел в полветра — не самым плохим курсом. Его команда заметила нас, правильно поняла наши маневры и без особой суеты начали готовиться к бою. Высокий надводный борт, неудобный для атак с галеры, и большой экипаж создавали у них иллюзию неуязвимости. Только вот в балласте борт у нас был даже немного выше, а численное превосходство никогда не было решающим фактором в сражении."

"Зная, что генуэзцы считаются лучшими в Европе арбалетчиками, я повел на них бригантину встречным курсом. Так было труднее обстреливать нас. Моя команда, облаченная в доспехи, у кого они имелись, в основном в кожу и стеганки, попряталась за фальшборт, мачты, шлюпку на рострах, бухты тросов. Наша сила — абордаж. Добраться до врага, перекинуть на него «ворон» — вот тогда мы себя и покажем! Бригантина шла так быстро, а корабль был таким неповоротливым, что генуэзцы не смогли уклониться от сближения судов вплотную. В полукабельтове от цели мы быстро убрали фок и опустили грот и по инерции врезались правым носовым обводом в борт корабля в носовой его части. Поскольку трюм у нас был пустой, бригантина при ударе загудела так, будто внутри нее что-то взорвалось. Наш привальный брус заскользил по их борту, вдавливаясь с такой силой, что завоняло горелым деревом.