Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

На каждой башне и вверху замка развевались флаги с гербом — расположенными треугольником тремя звездами; тот же герб носили на щитах и наплечниках захватившие Каспара воины.

— Да, вот это сила, — произнес Углук, глядевший на замок разинув рот. — Видать, без колдовства при строительстве не обошлось.

— Даже и не знаю, что сказать. — Каспар был не меньше поражен видом замка. — Должно быть, ты прав.

Когда подъехали ближе, оказалось, что последние сто ярдов перед рвом очищены от растительности и выложены булыжником, чтобы противник, если такой сыщется, был под прицелом защитников замка.

Загрохотали цепи подъемного моста, и его балки с глухим стуком легли на камни, соединив на время замок с берегом.

— Поехали! — скомандовал командир отряда, повторно взявшего Каспара в плен. Копыта лошадей застучали по обитому железом настилу, на стене заблестели шлемы часовых.

— Как здесь все надежно, добротно и по-хозяйски, — с подчеркнутым уважением отметил Каспар.

Изо рва не воняло, как в иных замках, вода была проточная, направляемая рукавом от реки. Удерживавшие мост цепи выглядели так, будто их ежедневно натирали жиром, а на железной решетке, что поднялась, открывая проход в замок, не оказалось ни конских волос, ни стеблей засохшего плюща.

— И что с того, что добротно? — пробурчал Бертран. Он не понимал, к чему клонит предводитель.

— А то, что скорее всего здесь правит хозяйка.

— Но это ужасно, ваша милость, — огорчился гном. — Человеческие женщины такие непредсказуемые.

— Твоя правда, братец.

Сразу за решеткой начиналась узкая, рассчитанная лишь на один экипаж галерея. В ее потолке были устроены бойницы, чтобы в случае проникновения сюда врага встретить его подобающим образом.

В конце галереи в глубокой нише располагался глир — станок-самострел, посылавший за один раз до двух дюжин стальных стрел. Сейчас он был закрыт дубовым щитом, однако можно было не сомневаться, что орудие смазано и ждет своего часа, поблескивая во мраке острыми жалами наконечников.

Далее галерея поворачивала направо и становилась шире, выходя на небольшой внутренний дворик. Здесь колонну уже встречали.

Около сорока рослых гвардейцев в сверкающих доспехах, вооруженные церемониальными украшенными мечами, размещались полукругом, а в центре двора верхом на белой лошади восседала крупная, широкоплечая женщина. Статью она не уступала окружавшим ее гвардейцам, однако одета была по-женски — в расшитое золотом пурпурное платье и горностаевый плащ поверх него. Голову хозяйки замка венчала золотая диадема.

При взгляде на нее Каспар вспомнил Лейлу, навязанную ему в кочевом племени «жену». Она была такая же крупная, но по-своему добрая и относилась к нему снисходительно.