Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Аркуэнону этого оказалось достаточно, в его руках блеснул кинжал, двое уйгунов откатились от него, раненные, а эльф рассек веревки и бросился искать лук со стрелами.

— Ваша милость! — крикнул Фундинул и перебросил Каспару кривой уйгунский клинок. Каспар поймал его и тут же отбил удар. Пришедшие в себя уйгуны усилили напор, однако вид «Железного дождя» в руках врага не давал им сосредоточиться. Каспар применил его еще дважды, сбив наседавших на Бертрана всадников.

Барабан «Железного дождя» опустел, и Каспар сунул его в сумку. Отбиваться трофейным клинком было неудобно, но он справлялся — свалил одного уйгуна, пропустил скользящий удар по шлему, от чего загудело в голове, потом отомстил обидчику, и, когда тот рухнул на землю, оказалось, что битва окончена — сильно уменьшенный вражеский отряд отходит за холмы.

Следом убегали осиротевшие уйгунские лошади, стало непривычно тихо.

— Неужели все? — словно не веря себе, спросил Углук, покачиваясь в седле.

— Похоже на то. — Бертран пытался поправить измочаленные наплечники, однако это не удавалось. Он грустно усмехнулся и снял шлем.

— Если остались живые, приведите ко мне одного, — сказал Каспар, спустился на землю и стал искать оброненный меч. Подошел Фундинул и показал несколько порезов на руках. Каспар достал котомку мессира Маноло и обработал раны.

— Тут около трех десятков, — оглядев поле боя, сообщил Бертран. Ему снова досталось по ногам — небольшой укол и удар щитом, одна нога совсем не гнулась.

— Немало намолотили, — сказал Углук, стараясь отвлечься от неприятного — его порезы натирали жгучей мазью.

— А что будет в Синих лесах, которые просто кишат этими уйгунами? — вздохнул Фундинул, полируя лезвие топора пучком сухой травы.

— Непросто будет, — согласился Бертран.

— Но мы справимся, правда, ваша милость? — гном вопросительно посмотрел на Каспара.

— Обязательно справимся, Фундинул, — ответил тот. — У нас ведь приказ герцога.

Даже в самую сильную жару в башне магического ордена Кошачьей лапы было холодно. Прежде принц Гвистерн не обращал на это внимания, но теперь, когда ему приходилось жить в башне, терпеть холод просто не было мочи.

Особенно трудно приходилось ночами. В то время как Харнлон и все королевство задыхалось от летнего зноя, бывший принц, официально считавшийся мертвым, дрожа от холода, укрывался несколькими шерстяными одеялами. Но и это не всегда помогало.

После очередной бессонной ночи Гвистерн твердо решил добиться от грандмастера разрешения переселиться в комнату с камином; таких в башне было несколько.

Завтрак принес молчаливый послушник младшей степени посвящения. Гвистерн с отвращением поковырял овсяную кашу, съел кусок хлеба и запил стаканом морковного отвара.