Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

– Вчера у тебя были видения… – сообщил надсмотрщик и сел рядом с Каспаром. Под тяжестью его ссутулившегося тела старый топчан жалобно заскрипел. – Ты разговаривал с кем-то, но сколько я ни приглядывался через дырочку в стене, так никого и не разглядел. Ты не заболел?

– Наверное, сказалось переутомление, ты же понимаешь, я здесь не по собственной воле.

– Да, – кивнул Озолс. – Сам-то я не услышал бы, но Эдберг сказал мне: с новеньким что-то не то. Я пошел посмотреть, и оказалось, что он прав.

– О чем ты беседуешь с Эдбергом?

– О чем угодно. Недавно он виделся с Кларой и передал от нее привет, оказалось, что она на меня совсем не обижается.

– Моя жена, та, которую я убил в Харнлоне, – пояснил Озолс и, заметив, что Каспар задумался, поторопил его: – Ты ешь давай, скоро за тобой Урмас придет.

– Да, конечно, – хмуро кивнул Каспар и стал впихивать в себя грубый хлеб и запивать водой.

– Я ведь чего еще сказать-то хотел… После разговора с Урмасом не каждый своими ногами приходит, поправишься ты не сразу, может, дукат прямо сейчас наколдуешь?

– Ты прав, – согласился Каспар и засунул в рот оставшийся кусок хлеба.

Покончив с завтраком, он поднялся, снял и бросил на топчан пояс, затем подтянул к коленям кольца кандалов и снял оба сапога. Размотал и развесил по краям голенищ портянки, оставшись босым на каменном полу.

– Ты это, Озолс, выйди, мне собраться нужно, сосредоточиться, – сказал Каспар, прекрасно помня, что у надсмотрщика есть возможность следить за ним.

– Да-да, конечно, только ты недолго, а то скоро уже Урмас придет.

– Сделаю за три минуты, – пообещал Каспар.

– За три минуты? Это было бы хорошо.

Озолс поднялся и заспешил к двери. Закрыл ее и даже запер на засов, чтобы узник знал, что ему никто не мешает.

Каспар снова сел на топчан и склонил голову, будто собираясь с мыслями, а сам тем временем левой рукой, невидимой Озолсу, расстегнул на кожаном поясе потайную кнопочку и выдавил один золотой.

Продумав все действия, он резко вскочил, завыл и, будто без сил, свалился лицом на тюфяк, сумев подхватить дукат губами.

Снова поднявшись на ноги, Каспар принялся бегать по камере, звеня цепями и при случае хлопая ладонями по стенам. Наконец решив, что побегал достаточно, он остановился, несколько раз хлопнул ладонью по стене и аккуратно выронил монету.

Ее звон был едва слышен, но от Озолса это не укрылось, с воплями «получилось, получилось!» он ворвался в камеру и, оттолкнув Каспара, подхватил с пола дукат.

– Ты смотри, теплая еще! – воскликнул он, прикладывая золото к щеке. Затем куснул монету крепкими зубами и восхищенно покачал уродливой головой.