Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Ладно, ты о плохом не думай.

– А о чем же здесь еще можно думать? – спросил Каспар, грустно улыбаясь.

– Ну чтобы тебя быстро пришибли, и все дела. Даже у Урмаса, при всем его мастерстве, люди, случается, прямо в станке умирают. Он потом переживает очень. Располагайся, койка есть, тюфяк на ней рыбьей чешуей набит, поэтому почаще встряхивай, а то сваливается. В углу яма – нужду справлять, а воду и хлеб я тебе приносить буду…

Озолс медлил и не уходил, ему хотелось пообщаться со свежим человеком.

– Ты вообще чем увлекался в жизни?

Каспар пожал плечами:

– В юности учился луки мастерить, стрелы собирал из разных краев.

– Да, и двое детишек есть.

– Это хорошо, они тебя поминать будут. А чем еще занимался?

– Ну поскольку мне отсюда уже не выбраться… – Каспар понизил голос, что должно было предшествовать открытию большой тайны. Озолс невольно подался в его сторону и вытянул шею, став похожим на птицу-падальщика. – Я иногда ворожу для себя.

– Всегда одинаково. Я делаю золотые монеты.

– Делаешь золотые монеты? – поразился Озолс. – Покажи!

– Сегодня не смогу, очень устал – первый день в тюрьме, ты же понимаешь…

– Да, – кивнул Озолс и вздохнул. – Тебе не позавидуешь.

– Думаю, завтра я сделаю для тебя хороший дукат, чтобы и пива можно было купить, и даже лошадь.

– Ну хорошо, тогда отдыхай скорее! А я пойду поговорю с Эдбергом, интересно знать, что он думает о твоих способностях!

Хлопнула дверь, ухнул железный засов, и стало тихо.

Каспар подошел к топчану, снял тяжелую шляпу и бросил на тюфяк – тот даже не прогнулся. Сел, подтвердив свои опасения, что постель тверда, как дерево. Впрочем, теперь это было неважно, ведь уже завтра Иппон и местный палач займутся им вплотную. Что им говорить? Может, попробовать подкупить? Но что им мешает и так забрать деньги, когда станет ясно, что золото при нем?

«Нет, – покачал головой Каспар, – здесь нужно действовать иначе».

Признаваться во всех преступлениях, что выдумает Иппон, нельзя. Тогда вердиец умчится к конвендору с донесением, а королевскому шпиону снесут голову. Мучений – никаких, тут Иппон прав, но каково будет Генриетте и детям? Как поступит с ними молодой герцог, когда Каспар не вернется? Сжалится и отпустит или сбросит в ров?

Вспомнилось лицо в кустарнике – может, это действительно Лакоб со Свинчаткой, Слизнем и Рыпой? Но что им здесь делать, не могли же они заблудиться по дороге в Харнлон?

Взъерошив слипшиеся волосы, Каспар в изнеможении уронил руки, звякнули цепи, какое-то движение в углу под окошком привлекло внимание узника. Еще мгновение и… Каспар не поверил своим глазам.