Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Вот и сейчас Каспар невольно вздрогнул, когда из ниоткуда зазвучал голос.

– Я пойду с тобой, – вызвался он.

Каспар с Лакобом, оба в теплом зимнем белье и новых сапогах, вышли из комнаты.

– Да, обмундировал нас хозяин в лучшем виде! – с долей восхищения произнес Рыпа.

– Он для себя старается, чтобы монету заработать, – одернул его Красавчик.

– Так-то оно так, – отозвался Слизень и, вздохнув, добавил: – А только если б не он, ребята, нас бы еще вчера местные воры в ленты порезали.

– Да-а, – согласился Свинчатка и тоже вздохнул. – Вовремя он появился, я уж думал, конец нам…

Красавчик зло на него покосился, но ничего не сказал. А что скажешь? И Свинчатка, и Слизень были правы.

На следующее утро, еще до восхода солнца, Каспар зажег огнивом лампу и растолкал своих бойцов.

– Подъем, бродяги! Мы покидаем город Харнлон!

– А чем здесь плохо, хозяин? – сонным голосом поинтересовался Рыпа.

– А нам здесь девок не ведут, – ответил ему Свинчатка и хрипло рассмеялся.

Через четверть часа бойцы, все навьюченные припасами, включая Красавчика, спустились в зал, а затем через заднюю дверь прошли на конюшню.

По уговору к этому часу конюх предоставил всех лошадей, чистых, накормленных, оседланных и с полным запасом овса в седельных сумках и еще двумя мешками «на потом».

Уложив припасы на телегу, бойцы разобрали лошадей. Слизню пока предстояло ехать на телеге с Лакобом, а его лошади бежать привязанной следом.

Каспар отдал конюху четыре крейцера, тот распахнул ворота, и отряд выехал на морозную улицу. Из ноздрей мардиганцев повалил пар, Красавчик выругался – ночной харнлонский заморозок оказался для него полной неожиданностью.

Копыта лошадей застучали по заиндевевшей брусчатке, лошади, почуяв дорогу, норовили перейти на галоп, за два дня сытой жизни они застоялись.

Улицы были пустынны, лишь изредка появлялись с мешками угольщики – эти просыпались раньше всех. То тут, тот там над трубами поднимались дымы, город просыпался.

Мимо прошел наряд городской стражи – солдаты кутались в толстые накидки, неся алебарды на плече, словно рыболовные снасти. Намерзшись за ночь, они спешили в казармы и не обратили на проезжих никакого внимания.

Когда отряд выезжал через северные ворота, занимался рассвет. Крыши пригородов окрасились в розоватые и оранжевые тона.

– Красота-то какая! – не выдержал Свинчатка.

– А что, хозяин, сколько нам ехать? – поинтересовался Красавчик.

Каспар отметил, что теперь и главный вор называет его хозяином.

– Трое суток обещали, а там – как пойдет.

– Только бы без разбойников! – вмешался Рыпа. – Я эти рожи воровские видеть больше не могу…

Поняв, что сказал, он засмеялся, а вместе с ним засмеялись и остальные. Лошади перешли на рысь.