Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Буффон криво усмехнулся:

– Это что же – Ларус и Кеанон, что подвешивали надо рвом девчонку, уже списаны со счетов?

– Разумеется, господин лейтенант, при условии, что Фрай вернется.

– Ерунду говоришь, – отмахнулся Буффон. – Против двоих гвардейцев одному не устоять, к тому же и я вмешаюсь…

Сержант вздохнул, пряча ироническую улыбку.

– Господин лейтенант, сегодня вы попали только на львенка и едва унесли ноги, что будет, если вы попадете на самого льва?

Каспар открыл глаза и увидел сводчатый закопченный потолок, это место было ему незнакомо. Чуть повернув голову, он обнаружил узкое стрельчатое окно, откуда в комнату попадал свет, и сидевшего на стуле Лакоба – вооружившись иголкой с ниткой, он чинил прогоревшие штаны.

– Лакоб… – позвал Каспар. «Сержант» обернулся, и на его выбритом лице появилась улыбка.

– Очнулся, ваша милость!

Он подошел ближе и, положив на лоб Каспару ладонь, удовлетворенно кивнул.

– Вчера вечером, ваша милость, ты в такой горячке был, что я думал, до утра не доживешь. Но вот – обошлось.

– Мы сюда вчера приехали? – начал вспоминать Каспар.

– Да нет, ваша милость, сегодня четвертый день прохлаждаемся.

– Ух ты… – Каспар растерянно заморгал. – А я ничего не помню.

– А драку на постоялом дворе помните?!

– Драку помню и как этот… рукосуй штырем меня угостил – тоже помню.

– Штырь-то не простой был, а с ядом из прогорклого рыбьего жира.

– Разве такой бывает?

– Самый простой из жгучих ядов, – авторитетно подтвердил Лакоб.

– А потом чего было?

– Побили мы их, и бежать, тебя на телегу положили, в беспамятстве ты был и лицом черен. Я тебя перевязал, но толку было мало, кровь в ране пузырилась, сворачиваться никак не хотела. Вот только прошлую ночь яд из тебя дымом вышел.

– Обыкновенно, белый дым поднялся облаком да и развеялся.

– Что еще было по дороге?

– Чудища на нас напали жуткие. – Сообщая об этом, Лакоб перешел на шепот и выпучил глаза. – Лица печеные, рваные, ланзаппами себя называли.

– Какой там! – Лакоб вздохнул. – Если бы ты мечом их главного не срубил, там бы все остались.

– Я? Мечом? – поразился Каспар. – Но я ничего не помню. Ты же сказал, я лежал на телеге без памяти.

– Вот именно, – согласился Лакоб, медленно надевая заштопанные штаны. – Ты лежал безжизненный, почерневший и вдруг поднялся, выпростал из-под одеял свой меч и бросил его в мерзкого ланзаппа. Меч срубил мерзавцу голову, и обезумевший конь унес его прочь, без головы.

– А потом? – спросил удивленный Каспар, готовый к тому, что Лакоб рассмеется и скажет, что все выдумал.

– Остальные вороги количеством до полусотни сейчас же разбежались. Видать, вся их сила и храбрость на предводителе держалась.

– Ланзаппы… Меня об этом и трактирщик спрашивал.