Касьянов год

 Асланова и с 1909-го по 1911 год исполнял обязанности главного киевского сыщика. Но не ужился с начальством и продолжил службу в должности пристава 3-го стана Сквирского уезда. Николай Александрович вел дело Бейлиса, не поддержал версию ритуального убийства и был за это уволен из полиции. Организовал потом частное расследование преступления и оказался в числе тех, кто не позволил осудить невиновного. Следы Красовского теряются во Франции, куда он эмигрировал после революции.

Через месяц после того, как Лыков едва унес ноги из Киева, там случилось очередное преступление. Воры залезли в марголинскую дачу — и налетели там на Савелия Драпогузова. Тот в одиночку схватил двоих и доставил в полицию. И вдруг, уже на пороге участка, получил от одного из них удар ножом… Камердинер выкарабкался с того света и продолжил служить у магната.

М. И. Драгомиров в 1903 году получил назначение в Государственный совет, но ни разу там не показался. Он уехал в свое имение в Конотоп, где и умер спустя два года. На посту командующего Киевским военным округом его сменил печально знаменитый Сухомлинов. А Дикая Мавра продолжил служить. Алексей Алексеевич прижился в Киеве, выдал здесь замуж дочерей и даже стал домовладельцем. Генерал выстроил два доходных дома в очередной период строительной горячки 1910-х. Они были записаны на его жену, а средства предоставило то самое Городское кредитное общество… Дома стоят до сих пор, их можно узнать по родовому гербу Мавриных на фронтоне: олень и стрела. Когда началась Великая война, А. А. Маврин был уже генералом от инфантерии. Он стал главным начальником снабжений армий Юго-Западного фронта. За несколько дней до Февральской революции уволен по болезни с мундиром и пенсией. В октябре 1919 года определен из отставки на службу с зачислением в резерв чинов при штабе Главнокомандующего ВСЮР[62]. Дата и обстоятельства смерти генерала до сих пор неизвестны. Вера Васильевна Маврина умерла в Париже в 1944 году."