В одно касание

Сперма хлещет из его члена и покрывает мою грудь, а я продолжаю ласкать его, и, когда мне кажется, что он уже все, он продолжает. Он продолжает кончать, глядя на меня с мученическим выражением, которое мне так нравится. Он разбрызгивает сперму по моей груди, она уже на моих руках, на груди, и продолжает капать на живот.

– Черт меня подери, Пиппа! – выдыхает он, запыхавшись, и смотрит на меня с чем-то, похожим на восхищение. – Я так мощно кончил! – Его взгляд падает мне на грудь, и уголки его губ растягиваются в самодовольной ухмылке. Он проводит указательным пальцем по толстому слою спермы, а потом смотрит на мой рот.

Я подчиняюсь. Мои щеки горят, но так же горит бугорок у меня между ног – мне нравится, когда он указывает мне, что делать. Он запускает палец мне в рот, и я постанываю, ощущая его вкус, посасывая его палец и обхватывая его языком.

Он снова рычит, убирая руку.

Я расплываюсь в блаженной улыбке. Он закатывает глаза, но его губы тоже украшает довольная усмешка. Он наклоняется и оставляет легкий поцелуй на моих губах.

Он целует меня, и вместо обычной жадности и настойчивости я чувствую мягкость, нежность и ласку, как будто он хочет поблагодарить меня. Мои мысли парят где-то в облаках, по коже пробегают мурашки, и я вздыхаю, не отрываясь от него.

Господи. Значит, вот что такое секс для остальных людей? Тогда что это была за хрень, которой мы все эти годы занимались с Заком?

– Ты в порядке? – тихо спрашивает он и отстраняется, чтобы взглянуть мне в глаза.

– Да, – киваю я, затаив дыхание.

Я больше чем в порядке. Мне в тысячу раз лучше, чем до прихода в эту комнату.

Он целует меня еще раз, прежде чем отпустить.

Через секунду он возвращается с полотенцем, чтобы вытереть меня, и у меня сбивается пульс, когда я думаю об этих его двух сторонах: напористой и властной рядом с милой и заботливой. Я разглядываю его накачанную задницу и мощные бедра, когда он уходит. Он возвращается в чистых боксерах и со стаканом воды, и на его лице сохраняется все то же довольное выражение, а потом он окидывает меня взглядом с гордой усмешкой, и я не могу удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ.

– Сколько времени? Мне пора снова гулять с Дейзи.

– Я схожу, – говорит он, роясь в кармане брюк в поисках телефона. – А ты оставайся здесь. – Он достает телефон, и его лицо меняется. – Черт.

Он уже подносит трубку к уху.

– У меня шесть пропущенных от мамы.

Я ВЫПРЯМЛЯЮСЬ НА КРОВАТИ, мгновенно трезвея от испуга. Он прижимает телефон к уху плечом, натягивая штаны.

– Что случилось? – спрашивает он, когда Донна берет трубку. На его лице, которое было таким расслабленным минуту назад, застывает тревога.

Он тянется за носками, но, услышав ответ, замирает. Его глаза округляются. Я вскакиваю с постели и быстро начинаю одеваться.