Картофельное счастье попаданки (СИ)

Чтобы хоть что-то узнать о своих родителях, мне следовало отправиться в Анси, а то и в Терренвиль. Но на это нужны были деньги.

Глава 9В багажном сундуке экипажа, в котором я прибыла в дом матери, не было никаких вещей. Ни одежды, ни обуви, ни документов. Рут удивилась, что у меня не было с собой столь необходимых для каждой молодой девушки нарядов, но я сказала, что в пансионе нам выдавали форменные платья и туфли, и иметь свою одежду не было никакой необходимости. Такое объяснение ее вполне удовлетворило.

Хорошо, что она плохо разбиралась в вопросах обучения в пансионе, а иначе непременно знала бы, что у выпускницы учебного заведения должна быть хоть какая-то бумага о его окончании. Но ни диплома, ни аттестата, ни какого-то другого документа у меня не было, а значит, все разговоры о пансионе были просто разговорами.

— А что матушка рассказывала вам обо мне? — спросила я Рут.

— Да почти ничего, мадемуазель. До недавнего времени мы и знать не знали, что у мадам Бриан есть дочь. Она никогда прежде не говорила о вас. Впервые я услышала об этом пару месяцев назад. Хозяйка вдруг велела мне сесть за стол напротив нее и сказала, что скоро сюда приедет Эльвира, ее единственный ребенок, которому она хочет передать свое дело. Я сначала подумала, что вы еще совсем крошка, но мадам сказала, что вам уже двадцать. Тогда я спросила, где же ее дочь была столько лет. А она сказала, что в пансионе для благородных девиц, куда ее отдали еще маленькой, чтобы научить хорошим манерам и прочему, что надлежит знать всякой приличной барышне. Я полюбопытствовала, как вы выглядите. А она ответила, что не знает, потому что всё это время вас не видела. Признаться, я тогда даже всплакнула, уж до того мне вас было жалко! Мыслимое ли дело, чтобы ребенок столько лет был вдали от семьи, без материнской ласки? А мадам прикрикнула на меня и сказала, что это не моего ума дело.

Рут смотрела на меня с жалостью, должно быть, ожидая, что я поведаю ей о том, как тоскливо мне было в закрытом пансионе. Но в этом я ее разочаровала. Про пансион для благородных девиц я знала не больше, чем она сама.

Убедившись, что Рут не могла сообщить мне более ничего ни о моем происхождении, ни о том, где я провела все эти годы, я перешла к другой волнующей меня теме.

— А сколько денег матушка должна была модистке, мельнику и мяснику?

Но служанка не смогла ответить и на этот вопрос. Вернее, смогла, но лишь частично.

— Все расчеты ваша матушка предпочитала вести сама, не посвящая в это нас с братом. Вот только после ее смерти мясник и мельник приезжали сюда по очереди, чтобы выяснить, кто унаследует дом и сможет расплатиться по долгам мадам Бриан. Так вот мясник — Жан Боке — сказал, что ваша матушка была должна ему восемь серебряных монет.