Картины страсти

Маркиз совершенно случайно узнал от их общего друга, что Лионель уехал в Италию. Почему? Может, не доверял ему вопреки всему сказанному?

После того, как Лионель покинул Англию, казалось, мужчина прекратил контактировать со всеми старыми знакомыми. Эверетт никогда не узнал бы о его возвращении на родину, если бы бывший друг не отправил ему весточку. Лионель написал маркизу письмо, в котором попросил отдать заказ ему. Внутри послания находилось несколько эскизов.

«Как Лионель мог узнать о том, что я ищу кого-то, кто облагородит мою спальню специфическими фресками?» — спрашивал себя Эверетт. Было ли вообще известно, что так он хотел отпраздновать отъезд своей двоюродной бабушки? Старая дама решила покинуть особняк на Гросвенор-сквер, чтобы переселиться к кузену, который жил в деревне.

Эверетт снова погрузился в воспоминания четырехлетней давности, когда унаследовал титул своего отца, и некоторое время находился в замешательстве, пока обдумывал, стоило ли ему перестроить и занять дом в Гросновер-сквер. Конечно же, новоиспеченный маркиз мог сделать со своей собственностью все, что ему вздумается. Тем не менее, тогда он принял решение, что позволит своей двоюродной бабушке жить там и дальше. А сам обоснуется в принадлежащей ему квартире, подальше от семьи. Одно он знал точно. Его двоюродная бабушка — Меллисент, будет читать ему нотации каждый раз, как только он сделает что-нибудь, даже отдаленно напоминающее скандал.

Эверетт сильно обижался на нее за то, что она откровенно осуждала интерес внучатого племянника к искусству. Точнее, Меллисент скорее отрицала отсутствие у него художественного вкуса, чем искусство как таковое. Что само по себе было достаточно плохо. Мужчина считал непростительным то, что она залила багровой краской одну из его любимых картин — чудесную обнаженную натуру, которая висела в одной из немногих комнат для гостей.

Теперь Эверетт хотел за это отомстить. Да, фрески были чудесной местью. Вероятно, его двоюродную бабушку хватит удар, когда она узнает, что из себя представляли эти картины. Что же, по крайней мере, она больше не будет беспрестанно говорить о достоинствах старого благочестивого маркиза. Поскольку, тот умер уже много лет назад, и не мог возбудиться от эротических картин, которые теперь покрывали стены его бывшей спальни, в противоположность своему сыну.

Полдюжины художников делали предположения о том, как могла бы быть оформлена комната. И все же, идея ни одного из присланных эскизов, не понравилась Эверетту. Потому что, разумеется, мужчина требовал нечто эротическое. Но те, что показывали ему, выглядели либо безвкусными, либо развратными.