Картины страсти

У нее было даже достаточно, чтобы переехать в лучший район! Разумеется, было много домовладельцев, которые не захотели бы сдавать жилье художнику. И то, что касалось домовладельцев… Теперь она предпочитала не размышлять над тем, что могли дополнительно потребовать к найму. Как хорошо, что теперь ей больше не придется об этом беспокоиться. Скоро она будет в безопасности. И к ней придет успех.

Звон церковных колоколов оторвал Лавидию от ее раздумий. Пять ударов! А она почистила еще не все кисти! Ей нужно поторопиться!

Когда прозвенел шестой, Эверетта все еще не было. «Опаздывает ли он? Или он не придет вовсе?» Без сомнений, он не думал о том, что Лавидия все это время голодала. Скорее всего, он даже не понимал, что на свете существовали люди, которые не подзывали слуг щелчком пальцев, чтобы те принесли им что-нибудь поесть или выпить.

Девушка ненавидела эти приступы зависти. Она была так несправедлива. В конце концов, Эверетт оставил ей вчера пять соверенов. Деньги, на которые она много дней могла бы покупать себе что-то на ужин.

Вероятно, маркиз все же решил не приезжать сам, а послать одного из своих слуг. Картины он выбрал еще накануне. И она их уже упаковала. Его присутствие в ее квартире было лишним. Собственно, было бы даже лучше, если бы Лавидия с ним больше не встречалась. Так было бы проще.

Девушка закусила нижнюю губу. Почему она должна была опасаться за свою безопасность, когда он четко выразился, что не притронется к ней? Ах, в действительности, она волновалась только лишь о своем сердце. Разве не было у этого глупого органа достаточно времени за прошедшие годы, чтобы стать благоразумным?

Когда в двери постучали, ее сердце неистово забилось. Поистине, не было никаких сомнений в том, что в этот раз оно реагировало также неразумно, как и тогда.

Лавидия последний раз осмотрела комнату, пытаясь удостовериться, что все в порядке, глубоко вздохнула и открыла дверь.

* * *Когда Эверетт увидел Лавидию, его охватило облегчение. Он буквально впился в нее взглядом. Мужчина не мог поверить, что испытывал такой страх. Святые Боги, он даже не знал почему! Было ли это из-за того, что однажды она уже исчезла из его жизни? Или он боялся, что теперь от нее не останется ничего, кроме красивых тягостных воспоминаний?

— Добрый день, милорд. Картины уже готовы. Вам необходима помощь, чтобы донести их до кареты?

«Мне хочется, чтобы она называла меня Эверетт!»

Раньше Лавидия всегда обращалась к нему по имени. Но он разрушил их дружбу, и это было ее право — напоминать ему об этом. Также как и о том факте, что между ними зияла социальная пропасть.

— Я привел слугу, который позаботится о картинах, — пояснил маркиз. Ему было неприятно, что девушка хотела избавиться от него, и, очевидно, по возможности, как можно быстрее.