Пустая карта. Уравнение измены

Думайте, откуда такая напасть на вас свалилась!

– Да не знаю я! – растерялся Витольд. – Мэри и мухи не обидит. Вся ее жизнь у меня на глазах. Даже со шпаной никогда и нигде не пересекалась. Никаких наметок, Паш. И зацепиться не за что.– Он от бессилия развел руками.

– Фамилия Калидорный что-нибудь говорит? – морщась, как от зубной боли, поинтересовался Лаптев.

– Нет. А кто это?

– Да Лавр собственной персоной. Это ж для блатных он – Лавр. Благородный вор. А на самом деле Калидорный! – рассмеялся Павел. Следом расхохотался Витольд. Смех сквозь слезы.

– Спасибо, Паша, – пробормотал Витольд. – Ничего не понятно, но хоть какая-то зацепка!

Он поднялся на второй этаж, где в спальне на широченной кровати свернувшись клубком лежала Мэри. Маленькая, хрупкая, беззащитная. Жена тяжело вздохнула, и снова в беззвучном рыдании затряслись плечи. Стрельников вышел из спальни и мигом скатился с лестницы.

– Пашка, – позвал он приятеля. – У тебя найдется что-нибудь успокоительное?

Лаптев задумчиво глянул на него и, почесав пятерней кудлатый затылок, вышел из кухни. Вернувшись обратно, он протянул Стрельникову початую бутылку водки и презервативы в блестящей обертке.

– У меня только такое, – усмехнулся он. – Сгодится, капитан?

– Еще как, – хмыкнул Витольд.

Глава 30. Часть 1.

Поминки затянулись. Сначала пили за упокой брата, а потом плавно перешли на помин матери. Мама…Майка украдкой утерла глаза. Через год и один день преставилась бедная. Так и не вынесла горя. Даже сейчас, через столько лет, став взрослой, Майя Баженова вновь почувствовала поднявшуюся из глубины обиду. Мама всегда любила больше Марка, а она, Майя, ходила в любимицах у отца. Майка перевела взгляд на Сказочника. Постарел, характер испортился. Но все такой же, любимый папочка! Она покосилась на камин, где догорали дрова, и поежилась от холода.

– Сейчас подкину, – буркнул Сергей и, поднявшись с места, завозился около большого, выложенного кирпичом камина, занявшего весь угол в столовой Баженовского дома. Майка тоже встала из-за стола – поменять тарелки да принести еще закусок и мяса. Хоть и сидели втроем, а выпили-съели немало. Она только потянулась к пустому салатнику, как на комоде зашелся, завибрировал мобильник.

– Да, хорошо, милый, – проворковала Майя в трубку, в одно мгновение из папиной дочки превратившись в светскую леди.

Сергей сразу понял, кто звонил, и, резко поднявшись, направился к выходу.

– Я пошел, – пробормотал по дороге.

– Останешься в поселке или в город поедешь? – напряглась Майя.

– Я пьян, дорогая, – фыркнул Архипов и добавил с издевкой: – Пойду к нашим.

– Возвращайся, когда Гурьянов уедет, – пробормотала она, притягивая его к себе.

– Нет, – отмахнулся Сергей. – Сразу спать лягу.

– Ложись на первом этаже, – прошептала Майя.