Пустая карта. Уравнение измены

– Сколько объяснять можно?

Ева виновато уткнулась лицом в грудь матери и не ответила брату.

– Что ее разбудило? – пробормотала Маша, прекрасно понимая, что вопрос риторический. Оказалось, что нет.

– Папин сотовый долго звонил. – Ленька кивнул на стол, видневшийся из другой комнаты. – Я сбрасывал, а он снова пиликал.

– Может, что-то важное? – засомневалась Маша.

– Это дядя Сережа, я потом не вытерпел и сказал ему, что вы на банкете, а он потребовал папу к телефону. Срочно. Ну и пиявка уже проснулась.

– Сейчас его наберу, – кивнула Маша и судорожно принялась искать мобильник, моля всех богов разом, чтобы там дома не случилось чего-то страшного. Мама, отец, Агата, дядя Коля… Не дай бог, кто-то из них…

Ева, маленькая нахальная девочка, поняв, что мать рядом и никуда не уходит, быстро залезла под покрывало и закрыла глаза.

Увидев, что дочка угомонилась, Маша вышла на балкон и, наблюдая за рассыпавшимися на небе звездами, набрала номер брата.

– Привет, Серый, – протянула в трубку и тут же резко поинтересовалась: – Что случилось?

-Все нормально. Все живы-здоровы, – заверил брат и рыкнул нетерпеливо:– Дай трубку Витольду

– Иди в баню, – фыркнула Маша. – Говори мне. Твой дорогой друг еще на приеме, а я сама поднялась к детям.

– Ты простила его? – требовательно осведомился брат.

– А ты из-за этого восемьсот раз позвонил ему на сотовый? – съехидничала она.

– Не восемьсот, а всего четыре, – хмыкнул старший брат.

– Когда ты трезвонишь и будишь моих детей, каждый твой никчемный звонок идет за двести, – отрезала Маша. – Давай выкладывай, что за срочность.

– Эльза звонила маме, – нехотя начал Сергей. – У вас на Суворовской взорвали машину, как у тебя. Менты считают, что к твоему Туарегу в первый раз по ошибке блинчик прицепили.

– А, тетка вульгарная в соседнем подъезде на такой же модели ездит."

"– Точно! Эскортница на пенсии. Пробили ее прошлое, там полно криминальных связей. Спи спокойно, дорогой товарищ!

– Я так и знала, – хмыкнула Маша. – Кому нужно меня заказывать? Сразу поняла, что какая-то ошибка или розыгрыш. Это папа запаниковал и вы с Витольдом…

– Ты лучше скажи, ты его простила? Вы помирились? – перебил ее брат.

– Не знаю, Сережка, – грустно пробормотала она. – Вроде и простила уже, а на душе все равно камень. Если забуду, то отпускает, а потом напомнит что-то, и опять по новой поднимаются боль и обида.

– Я тебя понимаю, Машутка, – вздохнул Сергей. – Сам такой…

– Видимо, идея переженить детей в клане оказалась не самой удачной, – удрученно заметила она. – Ни у кого счастья нет!

– Вот вы с Витом и докажите обратное, – рыкнул брат. – Он тебя любит, и ты его…

– Когда любят, не разменивают на шлюх, – вскрикнула, словно раненая, Маша.