Карт-Бланш для Синей Бороды

Младшая барышня, леди Бланш, любезно приняла моё предложение, чему я очень рад.

– Бланш?! – взвизгнула госпожа Сплеторе. – Шоколадница?!

– Да, шоколадница, – ответил де Конмор чрезвычайно любезно. – Ко всем своим достоинствам и прелестям леди Бланш умеет готовить изумительные сладости. Какое редкое увлечение для благородное девицы – готовить десерты! Надеюсь, господин Маффино не обидится на меня, что я похитил у него Бланш. Надеюсь, он сможет найти других талантливых и искусных помощниц. Хотя с талантами и искусностью моей невесты никто не сравнится. Особенно мне понравились эти её шоколадные финтифлюшки с вишенкой внутри – таких не найдешь даже на королевском столе. Ими она меня и покорила, маленькая чертовка.

Можно было подумать, что всех присутствующих сейчас хватит удар – горожане, пожелавшие услышать новости из уст графа, онемели и лишь хлопали глазами. Госпожа Сплеторе побагровела – ведь перед этим она битый час распиналась, что проницательно разгадала намерения де Конмора относительно старшей из девиц Авердин.

– Идём, – бросил граф Ален своему слуге и повернулся к горожанам спиной, оставив их переживать и обсуждать услышанное. Взгляд его упал на окно дома Авердинов. Штора там была поднята, и в темной раме окна виднелась Бланш, словно девушка со старинного портрета. Она так и не скинула с плеч белоснежный мех, и была похожа на королеву снега и льда. Ален кивнул, потому что девушка смотрела на него. Может, она решила таким образом попрощаться?

Пепе перехватил взгляд своего хозяина и закатил глаза, но ничего не сказал. В какие игры играет его господин – пусть играет, на то он и господин.

Они прошли почти до самого конца улицы, когда Алена окликнули:

– Милорд! Милорд де Конмор!

К ним подбежал молодой человек – румяный от мороза, но без головного убора. Бобровую шапку он держал в руках, сняв её из почтительности.

– Добрый день, милорд, – учтиво сказал юноша. – Вы меня помните? Я – Реджинальд Оуэн, был представлен вам в свите герцога…

– Я вас помню, добрый сэр, – сказал Ален. – Вы слишком пылко выражали радость встречи с некой особой в моем зимнем саду.

Юноша склонил голову, взъерошив волосы, но потом смело посмотрел на графа:

– Уверяю, вы неправильно меня поняли, милорд. У меня не было намерения оскорбить… вашу невесту.

Пепе удивленно поднял брови и окинул говорившего внимательным взглядом, раздумывая, не велит ли граф поколотить наглеца, и если велит – то получится ли справиться одному.

Но граф проявил удивительное терпение и лишь спросил:

– Вы бежали за мной, чтобы сказать об этом?

– Нет, – Реджинальд сделал шаг вперед, прижимая шапку к груди. – Я уже просил вас о милости и попрошу снова. Примите меня на службу. Вы же знаете, я состоял в свите герцога, и он был доволен мной.