Карт-Бланш для Синей Бороды

Я ахнула и попятилась.

– Вы свернули бы себе шею, но всё списали бы на несчастный случай.

Позади меня был стол, и попятившись еще на два шага, я налетела на него, опрокинув тяжелый кованый подсвечник.

– Но я не жесток, – продолжал Сильвани, сжимая и разжимая руки – они у него были сильными, с широкими ладонями и крепкими, длинными пальцами, – поэтому позволю вам уйти сегодня. Но если вы ещё раз откроете свой ротик и скажете нечто похожее на то, что сказали мне сейчас, мне придется принять меры.

Он шагнул ко мне, и в следующую секунду я схватила со стола подсвечник и ударила Сильвани. Вернее – попыталась. Я метила ему в голову, но он был слишком высок, а подсвечник – слишком тяжел. Сильвани без труда увернулся и благоразумно отпрыгнул на безопасное расстояние.

– Не дурите, госпожа графиня, – прошипел он, – и убирайтесь, пока я не приказал слугам вас вышвырнуть.

– Не утруждайте себя приказами, – сказала я и грохнула подсвечником по стеклянным колбам и ретортам.

– Мерзавка! – процедил Сильвани сквозь зубы.

Я бросила подсвечник на пол, стремглав вылетела из кабинета, на одном дыхании пробежала по лестнице мимо толстой служанки, которая как раз поднималась, чтобы узнать, что за шум и звон стоит в кабинете хозяина, и отдышалась, лишь оказавшись на улице.

Морозный воздух охладил разгоряченные щёки, но не остудил моего гнева. Я шла к саням, мало что замечая вокруг. Стайка мальчишек, бежавших взапуски, выскочила из переулка прямо на меня. Я столкнулась с одним из них – маленьким крепышом, тяжёлым, как бочонок с грецкими орехами. Ахнув, я взмахнула руками и села на мостовую, неловко подвернув ногу. Мальчишки умчались дальше, сопровождаемые руганью Пепе, а я попыталась встать, но тут же снова ахнула из-за сильной боли в щиколотке.

– Госпожа графиня! Я сейчас! – крикнул Пепе, выскакивая из саней и привязывая коней к первому попавшемуся фонарному столбу.

Но помощь пришла гораздо быстрее. Рядом со мной появился Реджи. Не слушая моих возражений, он поднял меня на руки и перенес в сани. Усадив на подушки, он тут же приподнял подол моего платья, расшнуровал мой башмак и стащил его.

– Что это вы делаете, позвольте спросить?! – подскочил к нему Пепе.

– Проверяю, всё ли в порядке с миледи, – сердито ответил Реджи, даже не посмотрев на слугу, и сосредоточенно ощупывая мою ногу. – Между прочим, милорд поручил мне приглядывать за ней. Наверное, знал, что такой олух, как вы, с этим не справится.

Пепе замолчал, но смотрел недовольно, а Реджи заговорил со мной необыкновенно ласково:

– Ничего страшного, просто подвернула. Это не перелом. Приедешь домой – приложи лед, чтобы уменьшить боль.

Я кивнула, закусив губу. Слёзы сами собой закапали из глаз. Но теплые пальцы Реджинальда, массировавшие щиколотку, снимали боль.