Михаил Карпов

Ну вот такой стиль у этих парней! Типа — так козырные жиганы у них ходят!"

"Интересно, как можно попасть из пистолета, держа его таким образом, даже если ты находишься всего в трех метрах от цели? Чертовы пижоны — понты, это для них вся их жизнь!

Впрочем, на таком расстоянии трудно промахнуться, даже если при этом ты держишь пистолет зажатым между ягодицами. Главное — направить его в нужную сторону.

— Деньги давай! Золото давай! Быстро! Быстро! — завопил тот, что стоял впереди, как-то странно извиваясь, вихляясь при разговоре и тыча стволом в направлении Фишмана. Лицо грабителя блестело от пота, а глаза блестели лихорадочным блеском — то ли находится под наркотой, то ли так сильно возбужден. Молод, лет двадцать, не больше — тощий, длинный, с какой-то извилистой, странной татуировкой на щеке.

Второй, что выглядывал из-за его спины, наоборот — плотный, даже толстый. Тоже в спадающих штанах, и тоже в ветровке с капюшоном на голове. Только в руке он держит не автоматический «кольт», а револьвер вроде полицейского «Смит и Вессона». И что мне очень не понравилось — лица их открыты. Скорее всего, нас в живых оставлять они не собираются — а вдруг мы их узнаем?

И похоже, что в лавке был еще и третий их «коллега» — я услышал крик Ольги, после которого Фишман вскочил с места и бросился из-за стола, движимый инстинктом защиты своего потомства. Ну и нарвался. Тот, что с пистолетом, видимо от испуга пальнул в ювелира, едва не перебив ему шею — пуля чиркнула по коже оставив на ней глубокую кровавую черту.

Больше он выстрелить не успел. Пока этот придурок вихлялся у дверей, моя рука скользнула в подмышку, пальцы откинули клапан-держатель, ладонь легла на рифленую рукоятку, сжав один предохранитель, палец сдвинул другой… все, готово! Патрон всегда в патроннике — это закон! Я не пугаю — я сразу стреляю!

Пуля сорок пятого калибра имеет огромное останавливающее действие. Если бы я стрелял в корпус, то негодяя отбросило бы метра на три, не меньше. Но голова, являющаяся предметом темным (особенно у негров — они же чернокожие!), никакого сопротивления тяжеленной пуле, пущенной с расстояния в три метра оказать не могла. Вот сейчас была голова у придурка — целая, хоть и глупая, а через мгновение — ее уже и нет. Вернее, так — нижняя часть головы на месте — нос, губы-челюсти, а верхней половины вместе с мозгом — уже и нет.

И тут же пулю впритирку к еще не успевшему упасть туловищу — в живот толстяку. Вот тут останавливающее действие во всей красе — его отшвырнуло от дверей, будто пинком, он даже выстрелить не успел, как уже валялся на полу. Пуля скорее всего попала в печень, а с такими ранениями люди долго не живут — умрет если не от потери крови, то от болевого шока — это точно.