Михаил Карпов

Подрубили под собой сук…

– Роджер… если с Уорнерами сладится, я потребую, чтобы сценариста предоставили вы. Ну… например, Сьюзен напишет. Я сам не буду писать сценарий. Во-первых, я не умею этого делать. Во-вторых… просто не хочу. Ну вот и все, что я хотел сказать.

– Что за роман? – спросил Страус холодно, глядя на меня в упор взглядом голодного крокодила: – О чем он?

– Это роман о мальчике-сироте, который живет в семье своих родственников, у дяди с тетей. В Англии. Его всячески обижают, живет он вообще в чулане под лестницей. Но оказывается, что этот мальчик – волшебник! Маг! И в один прекрасный момент его вызывают учиться в некое таинственное учебное заведение, которое находится… неизвестно где. В параллельных мирах. И только маги могут попасть в этот мир. И когда он туда попадает, оказывается вовлечен в борьбу с мировым Злом, убившим его отца и мать. Вот такой роман.

– И ты считаешь, что он будет иметь успех? Считаешь, что этот роман будут читать дети? – Страус скептически поднял брови. – Кому сейчас нужны всякие маги и колдуны? Кому это интересно?!

Я не выдержал и заржал! Господи, все повторяется! Да ладно! Да не может быть! Как написал один издатель, отказавший Роулинг: «Детям сегодня не интересны всякие там ведьмы и колдуны!» А первый ей отказавший даже поглумился над «тупой бабой», приславшей ему графоманскую чушь. Он написал ей на поганом грязном листке, что использовал ее папку, так как та ценнее, чем ее рукопись. По слухам, этих идиотов уволили, а издательства потом сулили Роулинг баснословные гонорары. Но она не согласилась и печаталась под своим именем только в одном издательстве – том, которое первым ее напечатало.

– Послушай, Роджер! – отсмеявшись, я вытер слезы. – Если ты хоть что-нибудь понимаешь в книгоиздании (его лицо сделалось злым, покраснело), ты напечатаешь этот роман. И обещаю – это будет бомба! Круче, чем мой нынешний роман, который вы издали! Если ты не хочешь переводить и издавать моего «Гарри», я обращусь к другим издателям. И потом ты будешь кусать локти. Будешь проклинать себя за то, что не издал роман, который… в общем – сильно об этом пожалеешь. До слез!

– Он мне нравится! – глубоким грудным голосом сказала Сьюзен. – Роджер, ты будешь последним дураком, если ему не поверишь. И кстати, вспомни «Над пропастью во ржи».

– Это не мне надо помнить… – Страус бросил взгляд на компаньонов. И я знал, почему он это сделал. Роберт Жиру некогда работал в одном из издательств, и к нему попала книга «Над пропастью во ржи». Хозяева издательства отказались ее издать. И вовсе даже зря. Потом эту книгу внесли в топ ста англоязычных книг по всему миру, и, по словам критиков, она оказала влияние на мировоззрение американской молодежи того времени. Вернее – этого времени.