Михаил Карпов

Слушай, Джек, а здорово было бы устроить то, что Рон говорит! И наш участок попиарить – занимаемся тренировками, вот решили с русским парнем, известным писателем, посоревноваться! А что, здорово было бы! И на память! Если Рон не врет, то представляешь, как интересно – наши семьи нас увидят по тиви! И я приду – просто убегу из больницы, если не отпустят!

– Обещаю, если дадут согласие на это мероприятие, будет вам тиви! Самый известный канал! – убедительно закивал Рон. – Клянусь! Вот моя визитка, пусть ваш капитан, или кому он там поручит, позвонит мне, когда все можно устроить, и мы устроим. Покажем вашу жизнь, как вы в участке работаете, а потом соревнования – и по стрельбе, и по рукопашному бою. Может, хоть кто-то наваляет этому чертову русскому! Да сколько же можно! Кто-то же должен его победить?!

Все захохотали, и я тоже не удержался от улыбки. Уж больно заразительно смеялись мои собеседники. Ну, а мне, если честно, было не очень смешно. На самом деле я устал от жизни в Америке и ужасно хотел домой, в свою тесную квартирку, к Ниночке, к своей печатной машинке, в Москву 1971 года – такую уютную и еще не задавленную автомобильными пробками. Москву, которая как-то незаметно, но уже стала моим родным городом.

Только вот в ближайшие недели, а то и месяцы поездка в Москву для моего здоровья не очень-то и полезна. Скорее всего, по приезде на свою дорогую родину окажусь я где-нибудь в дурдоме, где из меня вначале выкачают все знания, которые имеются в моей голове, ну, а потом будут время от времени колоть мне нехорошие уколы, чтобы выглядел я полным идиотом и ни один здравомыслящий человек не поверил бы ни одному моему слову.

И в самом деле только идиот может говорить, что в начале девяностых годов Советский Союз распадется и вместо него на территории бывшего великого государства останутся полтора десятка стран, часть из которых вдруг безумно возненавидит соседей, а конкретно – Россию, которая их всех и объединяла. Ну вот кто, кто сейчас может поверить в ТАКОЕ?! Бред же, ясно. Страшный, тяжелый, шизофренический бред. И носителя такого бреда надо лечить. Хорошими такими, горячими уколами! Повышающими температуру и выбивающими из башки всякую дурь.

Как там было написано у генерала Григоренко, которого за его «завиральные» идеи засунули в писхушку? «Паранойяльное (бредовое) развитие личности с присоединением явлений начального атеросклероза головного мозга. Невменяем. В спецпсихбольницу на принудительное лечение».

Это ведь и моя судьба. И кстати, боюсь, что при любом раскладе. Что, Шелепину я буду нужен после того, как выдам все сведения по будущим событиям? Или Семичастному? Который как раз и гнобил того же Григоренко, время от времени то арестовывая, то засовывая в психушку.