Михаил Карпов

Впрочем, какая мне разница? Мое дело маленькое. Плевать мне на них!

Поднимаюсь по ступенькам, тяну ручку входной двери. Толпа возле крыльца смотрит на меня как-то странно, будто с ожиданием. Каким? Может, ждут, что я сейчас вытащу из портфеля пачки бон и кину их в толпу жестом фокусника? Ну как Коровьев на представлении!"

"Нет, товарища дорогие. Я совсем не альтруист. Я злой, циничный, тертый жизнью старый вояка, и хоть деньги не люблю, но хочу иметь их как можно больше – чтобы о них не думать. И просто так не раздаю, а только убогим, обиженным богом. Кстати, надо как-нибудь накупить игрушек и всякого барахла и отвезти в Дом малютки сиротам. Что-то я и правда слишком занят собой… надо и благотворительностью заняться – благо, что возможность кое-какая имеется. Не богатей я, не миллионер, но денежки есть.

У входа сидит милиционер – усатый, строгий, пенсионного возраста. Видимо, вневедомственная охрана. Зачем сидит? А затем! Чтобы не шастали советские граждане и не щупали товары, им не предназначенные! Всяк сверчок знай свой шесток!

Кстати, вот эти самые «Березки» и есть что-то вроде чумного бубона нынешнего советского общества. Саму болезнь не видно, а эти гнойники – на виду. Людей делят на тех, кто может войти в магазин, и на тех, кому это не положено. Этого хотели настоящие большевики, когда делали революцию?! Об этом мечтали парни вроде Павки Корчагина?! Ведь не все революционеры были хитрыми стяжателями, желавшими пограбить барские дома и задрать юбку красивой дворянке, были и такие, кто истово верил в светлое будущее, в коммунизм, и что бы они сказали, увидев такое?! Мне кажется – взяли бы свои потертые маузеры и пошли на штурм новых дворцов!

Менять! Все надо менять! Как только в магазинах появится изобилие – «Березки», «Альбатросы» и все эти наследники «Торгсина» вымрут сами собой! Дефицита не будет, а значит, не будет и «Березок»! И не будет этой шушеры, этих мелких мафиози, толкающихся у входа. Терпеть не могу этих тварей – кидал и барыг! Потом они станут называться «авторитетными бизнесменами», ни дна им ни покрышки!

– Вы куда, гражданин? – встрепенулся милиционер, складывая газету, которую только что читал, и откладывая ее на стол.

– А разве есть иное толкование – куда я могу идти? – ласково улыбнулся-оскалился я. Ужасно не люблю таких вот: «Тащить и не пущать!»

– Здесь торговля только за сертификаты и валюту! – грозно сдвинул брови страж порядка. – Вы имеете разрешенную валюту либо сертификаты?

– Имею сертификаты. Еще вопросы?

– Прошу вас предъявить сертификаты!

Я сдержался, чтобы не нахамить. Нет, я всегда вежлив, очень вежлив с любым человеком – будь он сантехник или представитель власти. И воспитан так, и жизнь видел – никогда не хамлю тем, кто не хамит мне.