Михаил Карпов

А я за все время был на «подиуме» всего ничего раз…

Уже со сцены посмотрел в зал, и в первом ряду увидел две знакомые физиономии — Махрова, моего друга и по совместительству министра культуры, и Панкина, редактора «Комсомольской правды». Махров был один, без жены, заметил, что я его вижу, сделал знак кулаком, как кубинский революционер — держись, мол! Я с тобой! Хе хе…это и пугает. Чего вдруг сам министр культуры прирулил? Откуда узнал об этом шабаше? Подозрительно!

Я прошел на сцену, встал перед залом, постоял пару секунд, глядя в лица собравшихся людей, и коротко поклонился. Затем сел в кресло, взял микрофон, и сказал:

— Спасибо, что пришли. Я очень рад вас всех видеть в этом зале. Писатель не должен отрываться от народа, не правда ли? Давно с вами не встречался, а жаль. А сейчас позвольте я выпью пару глотков водички — жара! А я бежал, торопился на встречу, запалился!

Под смех в зале наливаю из запотевшей бутылки и с наслаждением опрокидываю стакан в глотку. Ух, хорошо!

— Когда-нибудь настанет время, когда в каждом доме будет кондиционер — улыбаясь, киваю я залу — А пока будем пытаться выжить и так. Русский человек и не такое переносил, нам не привыкать! Ну что же, если у вас есть вопросы — лучше изложить их на бумаге. Пишите записки, а мой секретарь пройдет по залу и соберет. Я буду зачитывать эти записки, и отвечать на изложенные в них вопросы. Обещаю — отвечу на все заданные вопросы! Какими бы странными они ни были. Итак, пока пишете записки, может кто-то спросит меня и так, вживую, так сказать? Поднимайте руки, а я буду выбирать — случайным образом. Не обижайтесь, если кого-то пропущу. Напишете записку — я отвечу. Кстати, если кто не знает — в зале присутствуют наш министр культуры Махров и главный редактор Комсомольской Правды Панкин. Махров — гениальный издатель, который сумел поднять издательство, которым командовал — до небывалых высот, а о профессионализме Панкина ходят легенды в журналистском сообществе. И еще — они мои друзья, я их очень уважаю и рад их видеть. Товарищи, поприветствуем! Покажитесь народу, друзья!

Махров и Панкин встали, улыбаясь раскланялись, зал им бурно хлопал. Махров исподтишка показал мне кулак, я только легонько подмигнул левым глазом. Пусть народ знает своих героев. Да и им приятно — почему нет?

Панкин поднял руку, как школьник, и я улыбнулся:"

"— Первое слово Борису Дмитриевичу Панкину — ну кому, как ни ему? Так сказать — «по-блату» (В зале заулыбались, захохотали). Давайте, Борис Дмитриевич!

— Приветствую, Михаил Семенович — начал Панкин неспешно, но тут же перешел к делу — Первый вопрос, конечно же, о ваших творческих планах. Что пишете, что собираетесь писать, и вообще — как протекает ваша творческая деятельность.