Михаил Карпов

— Через два дня — кивнула Ольга — Время уточним по телефону, да? У вас есть визитная карточка? Ах, нет…ну запишите, пожалуйста, номер телефона, по которому с вами можно связаться, я вам перезвоню сегодня вечером…нет, завтра днем. Сегодня уже поздно.

— Но вы…точно придете на встречу, Михаил Семенович? — слегка настороженно спросила администратор — А то я людей позову, а вас и не будет. Неудобно получится.

— Точно. Я если что-то обещаю, то выполняю всегда — вздохнул я понимая, что теперь не отвертеться, и шибко досадуя на Ольгу. Зачем ей это нужно? Мне вот все эти чертовы собрания, пресс-конференции — это как нож острый!

— Отлично! — просияла женщина — Жду звонка! Как можно скорее жду! Мы еще напишем объявление, и повесим у нас в холле. Все, кому хочется — придут! А хочется многим, уверена!

Мы прошлись по Дому Творчества, и попадавшиеся нам навстречу обитатели номеров с любопытством на нас смотрели — то ли узнавая, то ли нет. Уже когда уходили, к нам подошла молодая женщина с не очень здоровым, бледным цветом лица, и поздоровавшись, несмело спросила:

— Извините, вы правда Михаил Карпов? Мне сказали, что Карпов — это вы!

— Да, я Карпов — улыбнулся, невольно окинув девушку взглядом. Интересно, как она здесь оказалась? Поэтесса какая-нибудь, и чья-нибудь пассия. Так-то симпатичная, но излишне худовата. Я все-таки предпочитаю спортивных, крепких девушек. Тут и ущипнуть-то не за что…

Ольга будто прочитала мои мысли, посмотрела на меня строго и хмуро. Я только пожал плечами.

— Ой, как здорово! — ахнула девушка, и сообщила — А вы не подпишете мне книги?! Ваши книги?! Я зачитываюсь вашими книгами! Такой яркий, такой красивый мир! Драконы, подвиги, месть! Ох, как я хотела бы там оказаться! В ваших мирах!

Я едва не рассмеялся, сдержался с некоторым трудом. И подумал о том, что скорее всего такая попаданка оказалась бы где-нибудь в публичном доме. Но не самом дорогом. Клиенты вряд ли бы оценили такую худобу. Более того, скорее всего даже боялись бы иметь дело с подобной девицей — худоба, это признак болезни. В общем — долго бы она в условном средневековье не прожила.

Уже дома, в Даче, я снял трубку и позвонил по знакомому номеру. Меня выслушали, и сообщили, что мне перезвонят. Перезвонили через час, и голос в трубке сообщил, что встреча с писательской и вообще интеллигенцией одобряется на высшем уровне. Более того, пришлют пару корреспондентов центральных газет. Так что мне следует продумать — о чем следует говорить.

Я и без них знал, о чем следует, а о чем не следует говорить. И они об этом знали. Но…служба, есть служба. И я их прекрасно понимаю. Предупредил — скинул с себя ответственность. Разговоры-то пишутся.