Михаил Карпов

Не потому, что такой герой, – просто у меня отключился мозг и включились рефлексы. И первое, что я сделал, – увел ствол обреза вверх, направив его в голову хозяина, при этом с хрустом вывернув пальцы владельца и скорее всего их сломав. Выстрелить теперь он не мог – во-первых, снес бы себе голову. Во-вторых, сломанными пальцами нажать на спусковой крючок достаточно проблематично.

После того как я выдернул обрез из рук убийцы, первое, что следовало сделать нормальному бывшему омоновцу, – это разнести голову злодея выстрелом. Но я не стал этого делать. Стволом ткнул в горло, блокируя гортань, а затем с силой шарахнул обрезом по голове противника с таким расчетом, чтобы оглушить, но не проломить череп. Парень упал как подкошенный.

Все произошло быстро, настолько быстро, что его подельники успели сделать только один шаг, пытаясь проникнуть в квартиру. Когда их предводитель упал и они оказались под стволом обреза – замерли, вытаращив глаза и раскрыв рты.

Вот теперь повоюем! «Теперь у меня есть пулемет! Хо! Хо! Хо!»"

"Зина за спиной у меня копошилась на полу – ее крепко приложили дверью, а я смотрел на парней, которые стояли у порога, и раздумывал – куда им засадить заряд того, что вложили в патронник. С такого расстояния обрез просто убийственная штука. И если бы злодей успел по мне садануть… кончилось бы мое прогрессорство не начавшись!

Кстати, надо перестать уже называть себя прогрессором. Уж больно сильно извратили это слово проклятые либерасты! Перестал я уважать прогрессоров. Совсем перестал. Увы…

– Бросить ножи! Отстрелю яйца!

Я направил ствол на одного из стоящих, изобразив, что готов нажать на спусковой крючок. Бандит послушно бросил нож, и тогда пришла очередь второго злодея. Второй тоже немедленно разоружился.

– Лечь на пол лицом вниз! Шевельнетесь – получите заряд в сраку!

Я говорил негромко, веско, так, чтобы было ясно – я сдержу слово. Такой тон действует не хуже, чем дикий рев: «Всем на пол! Лежать! Работает ОМОН!» – но при определенных обстоятельствах. А сейчас были именно они.

Правда, свои слова я еще подкрепил тычком ствола в солнечное сплетение одного из злодеев, и тот согнулся пополам и плюхнулся на колени. Второй лег сам, испуганно косясь на оружие в моих руках. И только тогда я разомкнул замок ружья, переломил и посмотрел, есть ли патроны в патроннике.

Есть! Картечь три ноля. Ни хрена себе! Почти 5 миллиметров в диаметре! Настоящие пули! И их в патроне с десяток, не меньше. Жуткая лупара!

Отошел к двери, захлопнул ее, включил свет в прихожей. Точно. Это они! Первый, у кого отобрал обрез, – это сынок убиенной хозяйки квартиры. Двое других – его закадычные дружки. Видать, только трое ушли. А может, остальные убежали отдельно от них.