Михаил Карпов

Завезли девчонок домой, и прямиком – на Лубянку. Меня сходу пропустили – стоило только показать удостоверение (только покосились на странный наряд – я так и ходил в полевом камуфляже, не переоделся), и сразу же провели к Семичастному. Тот сидел в своем кресле, завидев меня встал, протянул руку:

– Привет. Хорошо выглядишь в этой форме! Настоящий вояка!

– Надоело – скривился я, следом за Семичастным усаживаясь за стол – Надоело быть воякой! Отвык я, понимаете ли…я в своей жизни уже столько навоевался – сыт по горло! И форма эта надоела! Хочу наряжаться обычным гражданским раздолбаем! Типа хиппи! Или как щас называется…стиляга! Вот!

– Не представляю тебя стилягой – хмыкнул Семичастный, и усмехнулся – Рожа у тебя не та. Ты на себя в зеркало глянь – какой, к черту, из тебя стиляга? Хе хе… Ладно, серьезно давай: Дача устроила?

– Более чем – кивнул я – Отлично. То, что доктор прописал.

Семичастный помолчал, испытующе глянул мне в глаза:

– Думаешь, они все-таки решатся? Что все будет так серьезно? Ты ведь для этого такую Дачу запросил?

– Да. Думаю – решатся. Вероятность очень большая. Возможно, что Шелепина придется спасать. В моем мире случился ГКЧП, я об этом писал. Но там было совсем другое. Там как раз противники развала страны хотели убрать агента влияния Горбачева и вернуть страну к прежней жизни. И это была их ошибка. Нельзя вернуть к прежнему. Невозможно и просто глупо. Надо идти новой дорогой. Нетоптанной! И еще…им не хватило решимости. Им не хватило духу уничтожить всю эту мразь! Всю эту либерастню! Вот и получили то, что плучили… Очень надеюсь, что вы – другие.

– Но-но! – нахмурился Семичастный – Говори, да не заговаривайся! Уж чего-чего, а духу у нас хватит! Вот в верных людях проблема…кто искренне за нас, а кто только и ждет, чтобы воткнуть нож в спину – как узнать? Понимаешь? Вижу – понимаешь…ты вообще слишком много понимаешь. Слишком.

Семичастный криво усмехнулся, а я так и не понял, что он этим хотел сказать: «слишком». Но решил не спрашивать.

– Вот что, Миша – вдруг обратился ко мне Семичастный, и я искренне удивился. Никогда он не обращался ко мне так…хмм…фамильярно-мягко. Грубоват был – да. Холоден, официален – да. Но чтобы ТАК?!

– Вот что, Миша – снова повторил он, задумавшись – Ты давно звонил своей бывшей подруге в Саратов?

– Давно… – ответил я, чувствуя, что внутри холодеет от предчувствия – Очень давно. Что с ней?!

– Плохо с ней – коротко ответил Семичастный – Рак у нее. Рак печени. Врачи дают ей жизни от десяти дней до месяца, это уж как получится. Она сидит сейчас на уколах морфия. С ней нанятая сиделка – за ребенком ухаживает. Извини, мы тебе не говорили…

– Чтобы я не рванул в Саратов? – скривился я – Чтобы не запорол начатую работу?

– Ну…в общем-то, да.