Михаил Карпов

Не думаете ли вы, что это реальный повод восстановить отношения с Израилем, повод показать всему миру, что мы против терроризма, что Союз не поддерживает такие мерзкие способы ведения войны? Александр Николаевич…я не отдал эту информацию американцам. А мог отдать. Не отдал потому, что вы с ней можете принести большую пользу нашей стране. Скажите, я могу на вас рассчитывать? Вы спасете израильских спортсменов?

Шелепин смотрел на меня немигающим взглядом, как на какого-то таракана, будто раздумывал – стоит ему меня раздавить, или нет. И…молчал. Молчал! И мне вдруг сделалось не по себе. Неужели ничего не меняется? Неужели эти люди так запросто бросят умирать одиннадцать человек просто потому, что им не нравится Израиль, или вообще – все еврейское племя? Интересно, а как бы поступил Брежнев, узнав такую новость? Я кстати помню, что когда обсуждалось, разрешать евреям уезжать, или нет – Брежнев выступил за разрешение. Хотя многие в ЦК были против эмиграции евреев. И только под давлением остальных членов ЦК была принята квота на эмиграцию, вместо свободного выезда. Так что антисемитом Брежнев точно не был. А вот про Шелепина я ничего такого не помню.

– Я обещаю, что израильские спортсмены не погибнут, и что теракт не состоится – тяжело сказал Шелепин, наконец-то сморгнув – Но вы должны описать мне во всех подробностях, что именно тогда произошло – с датами, временем, именами участников и тех, кто готовил теракт. Понятно?

– Понятно… – облегченно вздохнул я, хотел еще добавить кое-что, но Шелепин меня прервал:

– Давайте на будущее так: если у вас есть информация по чему-то подобному – теракту, или катастрофе где-то за рубежом, в первую очередь вы сообщаете ее нам, своему руководству. А уж мы решим, как ее использовать. Договорились?

– Если только у меня не будет крайней нужды, в первую очередь такую информацию я буду сообщать вам – подумав, сказал я.

– Что значит – «не будет крайней нужды»? – бесстрастно спросил Шелепин."

"– Это значит, что я могу вспомнить что-то совершенно неожиданно, и в тот момент я не смогу с вами связаться, а решать нужно будет как можно быстрее. Например – буду находиться где-то далеко, в Штатах, или Австралии, а дозвониться до вас, сообщить…ну, вы поняли. Если будет наличествовать угроза людям, и я смогу ее предотвратить только срочно сообщив о ней – не вам… Тут еще ведь какой момент…я ведь для американцев провидец, и время от времени подкармливаю их информацией. Если совершенно перестану ее давать – что будет? Они шибко рассердятся, и станут строить мне козни. И если при этом пойдет поток предупреждений от вас, сопоставить – как дважды два четыре! То есть вам я даю информацию, а им – нет!

– Когда-нибудь вам придется выбирать, Михаил Семенович – усмехнулся Шелепин.