Михаил Карпов

Вот и…вот! Голос у меня слабый, я не оперная певица, так…могу вот твои бардовские песенки, не более того. Зачем я им нужна? Комитетчикам?

– Зачем? – усмехнулся я – По-моему они хотят как следует окучить эту делянку. Им нужен свой человек в околомузыкальной среде. А может я и ошибаюсь, и нашим кураторам просто понравилось, как ты исполняешь песни. Что вполне вероятно – они тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо. Ты ведь хотела официального статуса, ну и вот…получи.

Я поймал взглядом пробегавшую мимо официантку, сделал ей знак подойти, и она тут же изменила траекторию движения, зафиксировавшись возле нашего столика.

– Что желаете? Ваш заказ скоро будет готов!

– Девушка…вы не могли бы принести мне три-четыре листа писчей бумаги и авторучку? Пожалуйста.

– Бумагу и авторучку? Сейчас сделаем!

Официантка, как ни странно, даже не удивилась. Впрочем – а чего ей удивляться? Сюда, насколько я помню, ходят актеры, режиссеры, певцы и поэты – всякая такая богемная тусовка. И если вдруг в этой тусовке у кого-то возникнет мысль записать свои чеканные мысли в виде стихотворения – так зачем мешать творчеству? Наоборот, надо помочь реализоваться настоящему таланту!"

"В общем, через пять минут передо мной лежала небольшая стопочка бумаги формата А-4 и шариковая авторучка производства Советского Союза. Такие авторучки в конце 60-х начали массово клепать на швейцарском оборудовании, закупленном для наших заводов. Это была уже поздняя авторучка, начала семидесятых. Первые были не очень хорошего качества, насколько я знаю.

– Бери! – подвинул я Ольге стопку, и она непонимающе посмотрела на меня – Пиши!

– Что писать? – она взяла авторучку, лист бумаги и приготовилась.

– Текст песен сейчас будешь писать. Тех песен, что пела первого апреля.

– Зачем? У нас же есть дома, напечатано!

– Сейчас запишешь, ты же ведь их все не запомнила? Может уже и подзабыла слова. Ну вот. Запишешь, а потом пойдешь, и споешь – прямо тут, в ресторане, под музыку оркестра! Такое у тебя будет боевое крещение.

– Не-э-эт… – Ольга недоверчиво помотала головой – Я не смогу! Я не буду! Ты что?!

– А теперь представь, что ты выйдешь на большую сцену и начнешь петь! Представила? И что с тобой будет? Нет, тренируйся при каждой возможности! И кстати – увидишь, как люди реагируют на твои песни.

– На твои песни! – помотала головой Ольга.

– Мои песни и твое пение. Ты ведь подаешь их народу! И думай, как подашь. Все, хватит болтать, пиши!

И Ольга стала писать. А я диктовал. Писала она медленнее, чем печатала, но почерк у нее был красивым, круглым, четким – в отличие от моего, ужасного, как курица лапой. Честно сказать, в последние годы жизни я совершенно отвык писать руками, постоянно на ноутбуке, постоянно компьютер. Руками – только подпись и дату. Да и то…криво.