Михаил Карпов

— А еще? Еще что-то ведь сказали, после чего начался этот… путч? Что именно вы сообщили Никсону, после чего погибли два журналиста «Вашингтон пост», и после чего агент ФБР попытался убить президента Никсона?

— Кстати, а как власть объяснила нападение на президента? — не выдержал я.

— Сумасшествием. Агент спятил, и попытался застрелить президента. И если бы не сотрудники секретной службы — ему бы это удалось. И покончил с собой. Но им кто-то руководил. А вот кто… Возможно, что он не так просто спятил, а им командовал некий гипнотизер, экстрасенс, который и заставил его это сделать!

— Не вяжется. Этот экстрасенс обедает с президентом, кто мешал ему загипнотизировать президента и заставить его делать то, что тот…

Я замолчал и посмотрел на Добрынина. Тот грустно усмехнулся.

— Вот то-то и оно. Теперь, понимаете? Вы попытались загипнотизировать президента и внушить ему свои коварные мысли. А когда не вышло — сделали это с агентом, и тот напал на неподдающегося гипнозу президента и ранил его в голову. Едва не убил. А сам экстрасенс скрылся.

— В газетах ничего такого нет.

— В газетах — нет.

— А может тогда Никсон совсем и не ранен? Может он это все и раскрутил? И скоро появится, как чертик из коробочки!"

"— Может, и раскрутил. Может, и появится. Пока что у нас никаких данных нет. Тут так все закрутилось, так завертелось — мы уже голову сломали, продумывая все варианты! Вот вы нам подкузьмили, уважаемый Михаил Семенович… Ну вот зачем лезть в политику, абсолютно не смысля в политических комбинациях? Не предполагая, во что это все выльется? Нужно ведь просчитывать ходы! Нужно обдумывать каждый шаг, каждое слово! Это хорошо, конечно, что вы способствуете нормализации отношений между США и СССР! но действовать нужно было тоньше, аккуратнее! И уж точно советоваться с нами. Простите, но вы абсолютный профан в политике, и действуете, как слон в посудной лавке. Хотите хорошего, хотите правильного, а что делаете? Теперь подписание договоров по ограничению стратегических вооружений под вопросом. И состоится ли встреча руководителей СССР и США в обозримом будущем — тоже под вопросом.

— И все из-за моих действий? — криво усмехнулся я.

— Получается — да. А разве вы думаете по-другому?

— Я не знаю. Скажите, когда мы полетим в Союз?

— Выезд через два часа. Кроме вас в самолете полетят кое-какие наши бумаги. А еще — их сопровождающие. Самолет транспортный, удобств по понятным причинам не обещаем, но… как вы понимаете, не в удобствах суть. Перед вылетом… учтите это.

Добрынин поднялся, показывая, что встреча закончена, и протянул мне руку.

— Удачи вам… товарищ Шаман! Ох, и накрутили вы тут… нам после вас разгребать и разгребать!

Посол усмехнулся и глаза его снова блеснули.