Каролина

Девушка надела новое платье — то самое, кремовое с зеленым газом, которое привлекло в Нью-Йорке так много восхищенных мужских взглядов. Открыв дверь, Каролина тотчас увидела, как засияли его глаза. Она вспыхнула и, злясь на себя, инстинктивно поднесла руки к пылающим щекам.

— Тебе жарко, cherie?

— Э… нет… да… то есть…

— Дорогая, ты необыкновенно красноречива. Не возражаешь, если я войду?

— Но…"

"— Уверяю тебя, ни бабушка, ни Натали не станут распускать сплетни, чтобы опорочить тебя. К счастью, они считают, что даже такой распутник, как я, не унизится до совращения малолетних.

Каролина впустила Алекса в комнату. Его лицо было странно напряженным, а голос звучал еще более резко, чем обычно. Однако в бархатном бордовом сюртуке, темном жилете и белоснежной рубашке с кружевными манжетами он выглядел на редкость привлекательно. Он медленно подошел к Каролине, и, ощутив знакомый пьянящий аромат, она почувствовала слабость в коленях.

— Каролина, — проговорил он мягче, — что-то ты сегодня необычно тихая и не такая оживленная, как всегда. Надеюсь, тебя никто не обидел?

— О нет, напротив, ваши сестра и бабушка были ко мне очень добры. Мне с ними очень приятно.

Алекс приподнял брови.

— Так, может, дело во мне?

— Почему вы так говорите? — напряженно спросила она.

— Потому что ты на удивление скована. А я-то считал тебя не слишком застенчивой особой.

— Когда это я была с вами застенчивой? — запальчиво воскликнула она.

В глазах Алекса мелькнуло одобрение.

— Вот это уже лучше, детка. — Он приподнял ее подбородок и заглянул в карие глаза. — Надеюсь, тебе претит перспектива пожить в моем доме?

— Мне следовало бы спросить об этом вас, Алекс! Вы так жаждали избавиться от меня, и вот все внезапно изменилось.

Алекс рассмеялся, и его рука ласкающим движением скользнула к ее шее.

— Это еще не самое плохое, малышка, хотя признаюсь, что ситуация чертовски неловкая.

От едва ощутимого прикосновения его руки у Каролины перехватило дыхание.

— Да, — пролепетала она. — Боюсь, мое присутствие очень осложнит вашу жизнь.

Изумленный Алекс мог бы поклясться, что уловил в ее голосе нотку ревности.

— Напротив, — возразил он, — это я помешаю тебе устроить жизнь. Поскольку я надеялся ввести тебя в светское общество, тебе было бы уместнее жить у моих родителей. Здесь уединенное место, а репутация моя оставляет желать лучшего… — Он заметил, как засияли глаза Каролины. — Однако не сомневаюсь, что с твоими данными у тебя и здесь не будет недостатка в поклонниках.

Девушка приуныла. Глядя на нее, Алекс боролся с непреодолимым желанием поцеловать эти восхитительные зовущие губы. Каролина увидела, как у него заходили желваки.

— Позвольте предложить вам руку, мадемуазель. Поспешим к столу. Боюсь, ужин остынет, а вино согреется.