Каролина

В ту ночь ты получила лишь то, о чем просила сама! Не упрекай меня больше, Каро, если не хочешь снова оказаться в Филадельфии. Мистер Пилквибиндер с удовольствием позаботится о тебе! Я достаточно ясно выразился?

Каролина кивнула.

В это время в дверь тихо постучали, и на пороге появилась служанка. Она толкала перед собой сервировочный столик, заставленный блюдами. Следом за ней появился Пьер с бутылкой охлажденного вина и бокалами. Заметив убитый вид Каролины, старый камердинер направился к ней.

— Мадам Бовизаж, позвольте выразить вам самые сердечные поздравления. — Пьер понизил голос: — Хозяин не пошел бы на это ни для кого, кроме вас. Вам следует оценить его поступок.

Поняв, что Пьер прав, Каролина улыбнулась. Когда слуги ушли, Алекс снял сюртук, жилет и быстро развязал галстук. Каролина молча наблюдала за ним, в который раз восхищаясь его кошачьей грацией. «Вот что делает его таким особенным, не похожим ни на кого другого, — думала она. — Я не стану его приручать, а если попытаюсь, он возненавидит меня».

Алекс откупорил бутылку, разлил вино и протянул бокал Каролине. Она улыбалась, и в ее глазах отражалось все, что было на душе.

— Алекс, прости меня за все, что я наговорила.

Он коснулся ее щеки.

— Забудем об этом. Думаю, нам обоим надо было высказаться, но теперь с этим покончено. Мне не следовало запугивать тебя Пилквибиндером; я скорее умру, чем позволю ему приблизиться к тебе. Давай поедим. Сегодня нам понадобятся силы!

Он лукаво усмехнулся, и Каролина залилась румянцем.

ГЛАВА 22

Когда Каролина вспоминала эти дни, ей казалось, что в первые сутки они непрерывно занимались любовью. После завтрака Алекс раздел молодую жену, восхищаясь ее телом при ярком свете дня.

— Должен предупредить тебя, cherie, что намерен воспользоваться своими супружескими правами, — насмешливо сказал он. — Уж если мне суждено было жениться, я собираюсь извлечь из этого максимум удовольствия. — Алекс вынул шпильки из ее волос и улыбнулся еще шире. — Надеюсь, ты одобряешь мои намерения, дорогая женушка?

Каролина полагала, что в постели Алекс выражает те эмоции, которые по каким-то причинам не хочет облекать в слова. Она страстно отвечала на его ласки, но неизменно удерживалась от признаний в любви, понимая, что время для этого еще не пришло.

Солнечный свет уже угасал, когда Алекс поднялся с постели, чтобы налить им вина. Вернувшись к Каролине, откинувшейся на подушки, он увидел в ее больших карих глазах выражение покоя и радости.

— Ты похожа на кошку, наевшуюся сметаны, — насмешливо проговорил он.

— Так и есть, — ответила она, снова отдаваясь его ласкам. Однако вскоре Каролина отстранилась: — Прошу тебя, подожди. Я хочу поговорить с тобой. Это касается Николаса.

Он приподнял голову и насторожился.