Чудовище Карнохельма

— Рагнвальд? — прошептала я.

— Ты делаешь мне больно… — отчаянно выдохнул он. — И делаешь меня сильнее… Ты ведь понимаешь, что я не остановлюсь? Ты понимаешь?

Я кивнула.

— Скажи это.

— Я не хочу, чтобы ты останавливался…

Он рывком притянул меня к себе и поцеловал. Жадно. Горячо. Толкнул, прижал к стене и снова впился в губы, властно присваивая и подчиняя. Это был какой-то новый, неизвестный мне Рагнвальд — агрессивный, почти жестокий… так почему же я не боялась? Может, потому что после всего, после помоста, крови и огня, он все еще помнил о моих израненных руках и держал их, осторожно сжимая запястья?.. Чтобы я не упиралась ладонями в его тело, чтобы не делала больно себе:- И это так странно резонировало с жесткими губами, терзающими мой рот, и дикими взглядами. Он словно желал меня выпить, глотал, трогал, покусывал и не мог насытиться. Левая рука варвара скользнула наверх, пальцы запутались в волосах, расплетая и освобождая от веревок. Сгреб мои пряди в кулак, потянул, открывая шею, и прочертил по ней губами влажную полоску. Лизнул, словно ножом провел — так же губительно… внутри меня заворачивался ураган пробуждающегося наслаждения. Эта ночь и этот мужчина что-то изменили во мне, пробудили дикое и неизведанное. Чужой дом, звенящая струна варварской музыки, втекающая в окна без стекол. Запах крови и желания… страшный сон. Или сладкий сон? Грани стерлись, а устои рассыпались в прах. Я знала, что не уйду с той площади… Знала…

— Я ведь велел оставаться в башне… — пробормотал ильх. И добавил хрипло: — Хотя это все равно не помогло бы…

Я больше не думала. Я чувствовала. Каменные мышцы, горячую кожу в корке крови, жесткие губы и язык. Пальцы, перебирающие мои волосы. Напряжение и возбуждение в каждом хриплом вдохе, в каждом движении ильха. Его нетерпение, его попытку не торопиться… проигранная битва… Он дернул завязки на моем платье, просто обрывая их. С рычанием. Плотная ткань упала к ногам, оставляя меня лишь в тонком хлопке нижней сорочки. Я прикрылась ладонями как-то машинально, и Рагнвальд вскинул голову, глядя мне в глаза.

— Не бойся, — тяжело выдохнул он. Развел мои руки, потом потянул с плеч широкую горловину сорочки. Ткань сбилась на талии, оголяя плечи и грудь.

Я вздрогнула от сквозняка, лизнувшего шею, и Рагнвальд повторил ладонью путь ветра, словно знал, где он коснулся. Шея, ключица, грудь… задержался, и дальше — до ребер, до впадинки пупка. Желание в его глазах — неистовое, дикое — сводило с ума. Никаких ограничителей, лишь наслаждение… я знала, что с ним это будет именно так. Музыка звенела, вела и торопила, ночь шептала, что больше нет сил ждать…

Ильх мотнул головой, разбрызгивая капли крови с волос.

На моей груди остались алые мазки.