Карма. Том 1

– Пришлось на ручном маневрировать? – Натан стоял возле стола с задранной до подмышек рубашкой, а Иветта заботливо натирала ему поясницу обезболивающим гелем.

– Нет, лидар в последний момент проснулся и дал инфу на автопилот, но задержка все-таки великовата. Глянь при случае.

– Гляну, – пообещал Натан, ежась от ледяных прикосновений подруги. – Но, думаю, дело не в самом лидаре, а в центральном компьютере. Он до сих пор малость подтормаживает, как мы с кибером его ни разгоняли… Еще чуть-чуть выше помажь, вот там, да-а-а!

Проходящий мимо Кай смерил это жалкое зрелище таким взглядом, что Натан поспешил молодцевато расправить спину и плечи, охнул и скрючился вдвое против прежнего.

Иветта со вздохом выдавила на ладонь еще колбаску геля.

– Было бы чем хвастаться, – буркнул Хэл, не понижая голоса. Не кибер, так его псина (Кстати, где она затаилась?) все равно подслушают, и злопыхатель дополнительно выставит себя на посмешище. К тому же со временем перебрехивание с наемником утратило остроту, без положительного подкрепления пенделями скатываясь из ожесточенной конфронтации в привычку. – Если вынуть из него импланты, он вообще по полу растечется.

– Не-а, – лениво отозвался Кай уже из глубины коридора. – Я и с отключенными имплантами легко вам обоим наваляю.

– Была бы охота с тобой связываться!

Киборг замешкался и сжал кулаки, но все-таки пошел дальше, в свою каюту. Привычка оказалась двусторонней.

Молли скучающе послонялась по кокпиту, и ноги коварно привели ее к холодильнику.

– Господи, как мне надоело жрать по ночам! – громко и выразительно пожаловалась она, возведя очи горе словно в надежде, что потолок корабля вот-вот разверзнется, в ближайшей звездной туманности воссияет сверхновая, и спустившийся оттуда Боженька собственноручно исцелит Молли от обжорства.

– Да ты постоянно жрешь, – прямолинейно сказал Натан. – Какая разница когда?

– Просто не подходи к холодильнику после ужина, – посоветовала более отзывчивая Иветта. – Повесь на него какую-нибудь картинку со страшной жирной харей и мотивирующей надписью.

– Или зеркало, – саркастично предложил Хэл.

– Ха-ха, – кисло сказала Молли и, поскольку потолок не разверзся, а она всего лишь слабая нервная женщина, с чистой совестью потянулась к дверце. – Пля, вы только гляньте на это!

Молли возмущенно ткнула пальцем в магнитики, среди которых опять красовалась мина. Впрочем, теперь она вызывала уже не столь однозначные эмоции. Двести единиц – даже в такой опасной форме – это все-таки двести единиц, миновалютный запас на черный день (главное, чтобы он не стал причиной этого дня!).

– Картинка, ха! – прокомментировал Хэл двойной хлопок дверцы.