Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

А я кусала губы, честно пыталась сообразить, как поступить. Обычно креативное мышление отказывало напрочь, вынуждая действовать по излюбленной схеме всех студентов этого мира…

В смысле, по обстоятельствам. Про себя молясь всем и сразу, что бы эти самые обстоятельства удачно сложились именно в мою пользу!

— Что ты здесь делаешь, мама? — даже на мой скромный взгляд это слово прозвучало, как оскорбление. Но эта женщина только вскинула брови, продолжая перебирать волосы Дани. — Я все еще его опекун… Мама. И я не давала разрешения тебе с ним видеться.

— О. дорогая… Ну кому нужны все эти бюрократические препоны? Он мое сын, я имею право с ним видеться, — жеманный смех звучал просто оглушающе в царившей вокруг тишине.

А еще он пугал, до пресловутой дрожи в коленях. Одно дело провоцировать эту сумасшедшую один на один, когда на кону только твоя собственная жизнь и ничего больше. Другое — знать, что за любое твое неосторожное слово или действие (которое ей, конечно же не понравиться) пострадаешь не ты, а твой брат.

Брат, которому ты обещала его защищать. Брат, который не сможет даже толком сопротивляться. И это, поверьте на слово, куда как страшнее, мать вашу!

— Да? — я удивилась, почти по-настоящему. И криво усмехнулась, оттолкнувшись от своей опоры, делая шаг вперед. Затем еще один и еще. — Как интересно… Но мама, разве не ты столько раз говорила… Что мы тебе не нужны? Особенно такие: больные, неправильные, не вписывающиеся в твой идеальный мир. Так что… Что ты здесь забыла, мама?

Вопрос прозвучал неожиданно совсем по-детски, с нотками застарелой обиды. Но анализировать свои воспоминания и чувства у меня банально не было ни сил, не желания. Я лишь неотрывно следила за тем, как тонкие пальцы сжимают рукоять чертовых ножниц.

И отчаянно надеялась, что хоть раз в жизни мое неприличное «везение» даст сбой.

— Как что, Мирочка? Я делаю то, что должна была сделать очень, очень давно, правда, доченька? — улыбка на лице женщины стало жестче, а голос наоборот, приобрел мягкие, мечтательные нотки, от которых меня явственно передернуло. — Я заполняю пробелы в Вашем воспитании, дорогая. И потом, — тонкие пальцы с идеальным маникюром обхватили моего брата за шею. чуть сжимая. — Кто тебе сказал, что вы мне не нудны, Мирочка? Вы же мои дети… И я, как любая мать, сделаю все, чтобы вы были самыми, самыми лучшими! Правда же, Данечка? — мелкий тихо, беззвучно всхлипнул, пытаясь выкрутиться из ее ватки, но та становилась только сильнее, сжимая до синяков светлую кожу. — Не плачь, солнышко, не плачь… Мама все исправит!

— Нет!

Говорят, в критические моменты, у матерей появляются нечеловеческие силы и способности, давая им шанс спасти собственного ребенка. Может быть, это правда, может нет. не мне решать.