Карим. Против воли

Если ещё хоть раз вы притащите в наш с Каримом дом какую-то девицу и станете её наглым образом сватать моему мужу, то наживёте себе врага, — произнесла Люба строгим тоном.

— Деточка, ты — никто и зовут тебя — никак. Без роду и племени, детдомовская выскочка. Что ты мне…

Но закончить свою пылкую речь Елена так и не смогла. Звонкий удар пощёчины — как на голову ведро холодной воды. Женщина опешила, не ожидая от Любы подобной дерзости и даже язык проглотила, пока на горизонте не мелькнул Карим. Приметив сына, она в спешке взъерошила волосы на голове, оторвала пуговицу на блузке и, царапнув ногтями свою щеку, упала на колени с диким криком:

— Не бей меня, пожалуйста.

Люба окостенела. Елена точно не сошла с ума или как это ещё можно назвать? Робко ступая, девушка принялась шагать назад до тех пор, пока её спина не упёрлась во что-то твёрдое:

— Что у вас здесь происходит? — лязгнул низкий голос откуда-то сверху.

— Сынок, твоя жена меня бьёт. Вот… Посмотри, как она изуродовала лицо твоей матери! — воскликнула Елена, заливаясь слезами.

Глава 45

— Бьёт? — переспросил Карим, становясь между мной и своей мамой.

— Нет! Да! — воскликнула я одновременно с Еленой.

Карим начал щуриться, переводя подозрительный взгляд с матери на меня. Тёмные брови поползли вверх, а на лбу собрались горизонтальные складки. Он почему-то медлил с ответом и это ещё сильнее накаляло возникшее напряжение.

— Сынок, эта подлая змея посмела поднять руку на женщину, которая тебя родила, — жалостным тоном протянула Елена, прерывая затянувшуюся паузу. — Выгони её вон.

Я, молча, слушала весь это бред, не веря собственным ушам. Это я — подлая змея? Да, как она может, так нагло врать и не краснеть?! Возможно, я погорячилась, ударив свекровь по щеке, но и она перешла черту, назвав меня «детдомовской выскочкой», а ещё эти колючие фразы «никто и зовут «никак», разве, у меня был шанс удержаться?

— Люба, возвращайся к столу, — наконец-то заговорил Карим.

— Ты ей поверил? — я уставилась на мужа вопросительным взором, боясь услышать положительный ответ.

— Люба. Иди. К столу, — не сказал, а приказал, ещё и посмотрел так укоризненно, будто сравнял вместе с пожелтевшей травой.

Я хотела открыть рот, чтобы высказать всё, что думаю, но в последний момент воздержалась. Демонстративно повернулась к супругу спиной и ушла прочь, оставляя родственников наедине. Что себе подумал Карим — я поняла. По одному взгляду, по одному металлическому тону, в этом его: «Люба. Иди. К столу». Значит, я — просто «Люба»? Ни «моя душа», ни «милая», ни «маленькая моя»?! Осознание того, что между нами с Каримом появился холод, — ранило сердце, будто разрядом тока."

"Арс заметил меня почти сразу, стоило только выйти из-за угла.